Как пусто, пошла по направлению домов и редких огоньков. Последние ее встречи, суды, интервью дали только обозленность, разочарование, боль. Ее всю словно замесили, разорвав и смешав чувства, эмоции, слезы, сомнения в один огромный черно-красный комок, из которого она сейчас состояла. Сондрин перестала себя обвинять, просто отдалась на волю волн жизни, пусть они несут этот разбитый парусник по ветру, возможно, ее ждет гавань, именно сейчас нужен покой, пока она не хочет ничего, кроме тишины, ведь именно она выстроит ее по новой, дополнит гранями которые приобрела в этом жестком противостоянии.
Маленький магазин стоял, как ей по казалось, в центре этой странной и уже порядочно засыпанной снегом деревушки. Глянув одним глазом на дома, она очень засомневалась, что сможет отыскать место для жизни, что там для жизни, найти хотя бы для ночлега. За стойкой стояла грузная, крашеная в ярко-оранжевый цвет, женщина, она подозрительно глянула на девушку.
– Что вы хотите, мэм?
– Я хотела бы узнать, может быть кто-то здесь сдает комнату, мне нужно переночевать, а вообще, я хотела бы пожить здесь.
– Прячетесь от кого-то? – она что-то пробубнила и, отвернувшись, начала что-то искать в сумке.
– Почему вы так решили? – Сондрин поразилась тому, что вот так, с первого раза, она попала в точку.
– Сюда приезжают либо туристы, но они, как правило, на недельку, не больше, либо те, которых ищут. Они на месяц, не более. Либо на сезон, – женщина развернулась и подала ей лист бумаги. Там было несколько телефонных номеров и адресов. – Вот, посмотрите. Сейчас, скорее всего, не дозвонитесь, у нас здесь со связью не очень, а пока светло – можете сходить посмотреть вот по этим адресам, но предупреждаю, если вы скрываетесь от полиции, воровка или наркоманка, то вас быстро здесь отыщут.
– Я не воровка и не наркоманка, – Сондрин была возмущена, но в то же время благодарна. – Спасибо.
– Еду купите, вас ведь просто так никто не накормит, а магазин через час закроется и больше вы ничего не купите, до утра нигде.
– Да, конечно, спасибо, что напомнили.
Она выбрала хлеб, небольшой кусок копченого мяса, запаянного в пленку, кефир и воду. Вышла на воздух, световой день подходил к концу, зимой ведь быстро темнеет, еще не было и пяти часов, а на улицах уже загорелись огоньки. Встала под фонарь, снег еще срывался, падая на экран телефона, набрала первый номер – гудки шли непрерывно, никто так и не взял трубку, впрочем, как и в других случаях. Надо идти пешком и, глянув на название улицы, поняла, ее путь лежал к большому особняку из темного кирпича. В таком заброшенном селе, так далеко в горах, был абсолютно современный большой двухэтажный дом. Чудо. Из дымохода призывно шел белый дымок, в гараже был снегоход и большой черный джип. Сондрин подошла ближе и позвонила. На запрос вышла пожилая женщина в теплых шлепанцах, пристально посмотрела на девушку.
– кого-то ищете? – голос был тонкий, но твердый.
– Здравствуйте, мне дали ваш адрес в магазине, сказали, что возможно вы сдаете комнаты, мне нужно переночевать и не только переночевать, но и снять жилье на время.
– Если у вас есть деньги, то, возможно, я вам помогу. Если нет даже на ночь – не пущу, – она была крайне категорична.
– Сколько стоит ночлег или аренда комнаты?
– 21 евро ночь, – пристально посмотрела на девушку. – Это с завтраком.
Денег было не много, но такую сумму, в ближайший месяц, она могла себе позволить.
– Я согласна, можно мне войти?
– Заплати сначала, а потом войдешь, – такая милая на вид женщина оказалась полной скрягой и не пускала даже на порог без оплаты.
Сондрин достала деньги и заплатила за два дня вперед. О том, чтобы расспрашивать что-то о работе, не было и речи – человек не хотел общаться, а она устала , быстрее бы принять душ и высушить обувь. Дверь распахнулась она вошла в теплую гостиную. Внутри дом был обшит деревом теплого соломенного цвета, масса деталей, огромный камин и большие комнаты делали его похожим на замок. Обстановка в доме было очень богатой, камин отделан вулканическим камнем с кованными решетками, на стенах полотна художников. Импровизированные детали интерьера говорили о том, что над ним работал дизайнер. Неужели это все для туристов? Карина, так звали женщину, провела Сондрин в комнату, которая была на первом этаже. Это была даже не комната, а маленькая квартирка: у нее была свой санузел, огромная комната с большим окном, из которого был вид на двор с заснеженными елками. Комната так же была полностью зашита деревом, на стенах было несколько репродукций Леонарда и большие вазоны с настоящими цветами-деревьями. Огромная кровать была накрыта коричневым пледом, два кресла, тоже в тон, стояли у окна, можно было сидеть и любоваться природой.
– Телевизор можно посмотреть в холле, там же кухня и гостиная, в комнатах я не разрешаю есть, хотите ужинать – делайте все на кухне. Затем после себя убирайте, будете нарушать, я вас провожу отсюда.
– Я не буду нарушать, – Сондрин было немного грустно, такой бесподобный дом в таком прекрасном месте и такое ужасное окружение.
