– Я хочу, чтобы ты распустила волосы, это сложно выполнить? – оставил ее и отошел к столу, повернулся и присел на один его конец. – Ну? Я же не прошу раздеться полностью и так поехать, хотя я могу заставить тебя сделать все, что угодно, я ограничиваюсь более-менее здравым смыслом.
Сондрин стояла перед ним, как школьница, которую поймали за непристойным занятием.
– Почему ты специально вводишь меня в состояние вины? – она опустила глаза в пол и пыталась справится с наступающей истерикой, как маленькая, не могла сдержаться. Слезы сами просились, но она не хотела этого показывать хоть иногда нужно же было показывать свои коготки.
– Мне не нравится бояться тебя, – голос немного дрогнул, она кашлянула и продолжила. – Я хочу говорить открыто то, что мне нравится, а не то, что хочешь услышать ты.
Он с интересом наблюдал эту вспышку гнева.
– Говори, но не забывай, что волосы, руки , ноги, шея, грудь, то, что у тебя между ног – это все мое, – он пристально смотрел на нее не моргая. – И если мне не нравится то, как выглядит одна из частей твоего тела, я поменяю так, как нравится мне.
– Может, ты еще и руки мне отрубишь? – она с иронией и гневом посмотрела на него.
– Нет… Рук не отрублю. Все правила, о которых я тебе говорил, все это применительно не ко всем женщинам. Только ради той, которую … Нет, наверное не любишь, а скорее выделяешь среди всех остальных. Я крайне избирателен. Женщины, секс и еда. Знаешь, что у них общего? Ты либо гурман, либо ешь с земли. И еще. Мы не говорили об этом. Но сейчас как раз подходящий случай, давно хотел сказать, что если ты будешь доводить себя пальчиками, мастурбировать, я буду не доволен , скорее всего, мое недовольство будет выглядеть достаточно жестко.
– Я не делала этого, – она с вызовом посмотрела на него.
– Я и не говорил, что ты делала, – он лукаво посмотрел и продолжил. – Я просто акцентирую внимание на некоторых моментах, если ты захочешь это сделать, просто попроси меня и я разрешу. Ну да ладно, не будем о грустном, вытащи шпильки и мы продолжим наше путешествие, или в противном случае ты можешь остаться здесь.
Сондрин медленно подняла руки и вынула шпильки из волос, в качестве бунта бросив их к его ногам. Волосы рассыпались по плечам.
– Ну вот и отлично, а по поводу того, что тебе не нравится меня бояться…– он улыбнулся, глядя на шпильки, подошел, взял ее за подбородок, слегка приподнял, немного помолчал, рассматривая ее лицо и сказал: – Ты всегда будешь меня бояться, – улыбнулся уголками губ, оставляя глаза совершенно холодными, разглядывая ее лицо. – Ведь это так тебя заводит. Теперь в путь, – вышел из комнаты и девушка поплелась за ним.
Перелет был в целом не сложным, они прилетели в Париж во второй половине дня, Сондрин чувствовала, как у нее бьется сердце, ведь сегодня она будет дома, сегодня увидит своих друзей, вдохнет аромат любимой булочной и просто пройдется по своей любимой улице. Руки коснутся ручки родной двери и она вдохнет запах детства, такой теплый и родной в своем старом, любимом доме.
– Я дал распоряжение и дом немного отремонтировали, я думаю, что тебе понравится, но, к сожалению, пару дней ты побудешь одна, – он смотрел на нее и теребил локон в руке. – Я уверен, что ты рада будешь остаться без моего присмотра, поэтому отдыхай, встречайся с друзьями. Я бы хотел, чтоб ты узнала все о переводе твоей учебы в Швейцарию, здесь ты не сможешь закончить, я не позволю остаться. Подумай об этом. Вещи привезут позже, а пока мне нужно уехать, – большим пальцем руки слегка гладил ее щеку и смотрел в глаза.
Показалось, что он расстроен расставанием и не очень хотел покидать ее.
–Не нарушай, я не хочу тебя наказывать. Ты ведь знаешь, кому ты принадлежишь, поэтому лучше не нарушай я не смогу пойти против себя, – убрал локон за ухо, наклонился и прижал ее к своему плечу. – Никто не имеет права касаться тебя. Даже ты…
Легкий поцелуй в висок и он, развернувшись, ушел к ожидавшему его автомобилю, машина рванулась с места, молодой человек даже не повернулся в ее сторону.
Легкая печать коснулась сердца, словно кто-то его сильно сжал . Телефон завибрировал, она посмотрела и увидела смс от подруги и тут же потеряла из виду его машину. Обрадовалась предстоящим встречам с друзьями и просто тому, через час, а то и меньше, окажется у себя, в любимом с детства доме. Машина подъехала и девушка увидела водителя, который в тот раз отвозил их к Альфреду.
Она села и он повез . Любимые улицы, знакомые до боли тротуары, каждый камешек, сколько лет она тут бегала. Вон там она покупала хлеб и булочки, вон там перехватывала кофе и дочитывала конспекты, а вот там она когда-то споткнулась и растянулась. Девушка улыбнулась. Все внутри пело, радовалась, как ребенок, словно птичку выпустили из клетки и она порхает. Резвится и поет, поет над морем жизни. Телефон зазвонил и она увидела на дисплее лицо своей любимой подружки.
– Адель… Ты уже знаешь?
– Да, мне позвонили, сказали, что ты в городе. Где ты? Когда будешь?
– Я подъезжаю к своему дому.
– Тогда у тебя через 20 минут.
