Встреча была бурной. На высоченной шпильке, в обтянутых джинсах и моднейшем топе, Адель заскочила на террасу и, тряхнув своей рыжей копной волос, бросилась обнимать ее. Был такой сильный контраст между двумя обнимающимися девушками. Одна с черным волосами, а другая рыжая, две противоположности, но это же подруга. Подруга – это новостное издание, психиатр, бармен, рекламный менеджер, служба спасения и круглосуточный телефон доверия в одном лице. Жаль, что на время, у нее этот телефон доверия был отключен. Теперь все возобновилось.
Порой просто хочется, что бы в жизни был человек, которому можно было звонить в 2 часа ночи, изливать душу, признавать слабости. И что бы он знал, какая ты, именно ты, а не те маски, что одеваешь каждый день для других. Знал, как любишь читать стихи вслух, будто стены все слышат, все понимают. Что пьешь чай без сахара, потому что только так, можешь почувствовать его истинный вкус. То, что порой сбегаешь из дома, что бы разобраться в себе, упорядочить мысли. Весной часто слетаешь с катушек и по новой упорядочиваешь жизнь. И так каждый раз. То, что боишься, но доверяешь людям. То, что якобы не веришь в любовь, или веришь, но в какой-то свой вариант. То, что ночью тебе легче дышать. Он будет знать все твои родинки на теле, трещинки на губах, все твои недостатки, потому что выслушает о них, как минимум, диссертацию. И еще этот человек будет рядом, господи, как же ей не хватало ее. Они так давно не виделись и так много хотели друг дружке рассказать, что трещали наперебой. Трещала конечно же Адель, всегда рассказывала ей о своих похождениях и том, что творилось у нее на душе, почему все так не справедливо и почему она влюбляется по 3 раза в день и неизменно навсегда. Сондрин тоже хотела много рассказать, но потом как-то запнулась и поняла, что многого-то и не расскажет. Наконец, когда набор информации каждой их них немного иссяк, девушки выдохнули, рассмеялись и решили отправиться в свой любимый ресторанчик.
– Пригласим твоего друга? – Адель пиратски подмигнула.
– Кого, Кристофера? – Сондрин сделала испуганные глаза.
– Да нет, ты что, зачем нам мистер совершенство. Джона, с кафедры, – Адель рассмеялась.
– Не знаю, – Сондрин немного растерялась, она помнила самые первые встречи и то, как Кристофер говорил о нем, а сегодня утром, после предупреждений, нервничала о том, что можно, а чего нельзя. Но ведь не собирается же она с ним спать, да и общаться ей никто не запрещал, сам предложил ей встретиться со своими старыми друзьями. – Давай пригласим, я бы с удовольствием с ним поболтала .
Вечер был славный, девчонки из универа, подружки, которых не видела уже почти 2 месяца, наперебой рассказывали о себе и спрашивали о причине ее отсутствия.
– Я перевожусь в Швейцарию… Там у меня уже работа. Так вышло…– она улыбнулась. – Я уже подписала трудовое соглашение, пока учусь, у меня свободный график, но все равно есть специальные тесты.
– Везет тебе, – девчонки завистливо смотрели , почти ни у кого не было перспективы отыскать достойную работу, именно по специальности, а что уж говорить о другой стране.
– Мне?
Сондрин смотрела на них и думала о том, как бы они себя повели, окажись они в такой ситуации , но никому из них она не собиралась даже намекать о свих приключениях. Мало того, она даже своей подруге не рассказала массу моментов из того, что с ней было. Ни о больнице, ни о подвале, ни о том, как она рыдала от счастья, сотрясаясь от оргазма под ним. Просто общие фразы, немного фактов, чтоб не было подозрительно. Ее подруги были еще совсем девчонками, хотя им и исполнилось уже по 20-23 года, но они не окунулись еще в серьезную жизнь, так встречались, целовались без особых обязательств.
– Я хотел бы провести тебя до дома, позволишь? – Джон как всегда, корректный и скромный. Высокий, темно-русый, с карими глазами молодой человек, немного неопрятный, с рюкзаком за плечами. Он был типичным студентом, хотя уже давно окончил обучение. Одежда и внешний вид его особо не тревожили. Занимался научной работой и был ей всецело предан. Но была у него еще одна страсть, это его старая знакомая, его Сондрин. Он видел, что потерял ее, но все же никто не запрещал прикоснуться к такому прекрасному, почти ангельскому созданию. Всегда восхищался ее умением решать проблемы, и тем, как она рисовала. Ее картины вызывали в нем теплый трепет восхищения. А теперь ее не было рядом и он словно лишился чего-то теплого и родного.
– Спасибо. Буду рада поболтать с тобой, – немного смутилась.
Они шли, когда было уже далеко за полночь, по улочкам Парижа, пока всех развезли по домам, пока переговорили со всеми, назначили место встречи. Везде была тишина. Фонари горели и только запоздалые путники спешили домой.
– Кто он? – Джон без предисловий сразу перешел к делу.
– Ты о ком? – девушка опустила глаза и сделала вид, что не понимает.
– Ты знаешь о ком я, Сондрин, – молодой человек взял ее за руку и, остановив, посмотрел в глаза.
– Это важно? – девушка посмотрела на него и опустила глаза в землю.
