Они шли в ресторанчик на углу, был уже вечер, Сондрин ловила себя на мысли о том, что ее простоватый друг-лаборант проигрывает во всем тому, кто владеет ее телом , сказав это про себя она даже сглотнула от волнения, там, внизу живота словно зашевелился зверь, ненасытный и порочный. Он его туда вселил и теперь всегда, когда вспоминала о Кристофере, там внизу просыпалось желание, он нес с собой особый шарм сексуальности, порока, похоти и какой– то стерильности. Они шли медленно, отдыхая и просто наслаждаясь прогулкой. В кафе было немного людей быстро отыскали свободный столик, сделали заказ, немного разговоров ни о чем, еда. Кристофер обещал, что будет только завтра. Его звонок застал девушку врасплох. Она помнила о нем всегда, ни на секунду не могла забыть о том кто поменял ее мысли, ее видение мира, сейчас она смотрела на все вокруг совсем под другим углом, но здесь забыла о своей новой жизни, о правилах которые действовали для нее, о наказаниях, но не о нем. Девушка смотрела на его номер и не брала трубку
–Чего ты, Сондрин, бери. Что с тобой, ты побледнела. Это он, да?
– Да, это он …– девушка сглотнула и взяла трубку. – Алло.
– Привет, дорогая, – он ненадолго замолчал. – Почему так долго брала трубку?
– Я… – она сглотнула. – Я не слышала звонок, извини.
– Даже так? Я уже освободился, ты дома? Хочу поужинать у Альфреда с тобой.
– Нет, я не дома… – она немного стушевалась. – Я с подружкой в кафешке, но мы уже собираемся уходить.
– Не торопись, – она услышала эти слова и в телефоне, и наяву, Кристофер наклонился и поцеловал ее макушку. – Мы не опаздываем, – он улыбнулся своей неповторимой уничтожающей улыбкой. – У нас еще есть время познакомиться с твоей «подругой» .
Сондрин смотрела на него, а он, улыбаясь кончиками губ, наслаждался ее смятением. Придвинул стул и сел за стол.
– Вы, очевидно, о чем-то беседовали и я вас прервал? Не обращайте на меня внимание, я с удовольствием присоединюсь к вашей беседе.
Его синие задорные глаза смотрели с интересом и иронией, черные волосы и легкая небритость убрали чопорность, черный костюм с приталенным жакетом подчеркивал его высокое, сильное натренированное тело, ворот ослепительно белой рубашки был расстёгнут и Сондрин в очередной раз отметила, как сексуально выглядят осколки его татуировки, именно осколки, ведь всю можно увидеть только когда он снимал полностью одежду.
– Мы уже собирались уходить, – Сондрин хотела встать, но Кристофер, взяв ее за руку, остановил.
– Мы же так и не познакомились , будь хорошей девочкой, познакомь нас.
– Это Джон, мой знакомый по университету, – она нервничала. – Это Кристофер.
– И все? -он посмотрел на нее. – Просто Кристофер?
– Мой знакомый…
Господи, что она могла еще сказать – что это ее мучитель? Что он заставил ее подписать кабальный трудовой договор и доводит ее до сумасшествия своими экспериментами с ее телом?
– Отлично… Вот теперь мы действительно должны уехать. Спасибо, Джон, что приглядывали за ней в мое отсутствие. Хотя, она так предсказуема. Сондрин, нам пора, машина на стоянке, дорогая.
Он пристально наблюдал за ней. Девушка поднялась и не знала как себя вести. Было видно, что она разрывалась между страхом сделать что-то не так и желанием попрощаться, и выглядеть достойно в глазах Джона.
– Джон… – она протянула ему руку, но ее перехватил Кристофер.
– Сондрин, с девочками за руки не прощаются. Прощайте, молодой человек, мы улетаем завтра или сегодня, не могу сказать точно, думаю, что больше мы не увидимся.
– А Сондрин, она вернется?
– Сондрин…– он посмотрел на нее. – Думаю, что вряд ли. Документы на перевод оформлены и уже утверждены, возможно, мы будем здесь набегами, навещать дом, но не более. Все, пора. Извините нас.
Расплатился по счету, подтолкнул бледную девушку к выходу. Она была приторможена и молодой человек, чтоб долго не говорить, взял ее за руку, вытащил из кафе, затем стоянка и машина. Он усадил ее на заднее сидение и очень тщательно пристегнул ремень безопасности, медленно, тщательно, глядя ей в глаза и думая о своем, молча. Затем сел за руль, в машине стояла тишина, видела, что он еле сдерживал гнев, в солнечном сплетении появился страх, тягучий противный и холодный.
– Я не успел побыть у Альфреда. Это, скорее, визит вежливости, мы ненадолго. Так много хочется тебе сказать. Хочу посмотреть с тобой фильм, сегодня вечером
