Пламя Десяти полностью

Кристиан замер, испугавшись собственной речи. Он дышал часто и глубоко. Во рту резко стало сухо и горько, будто собственные слова, излившиеся из него против воли, сожгли и покрыли золой горло. Изабель смотрела на него в изумленном молчании. Кристиан чувствовал ее взгляд, прожигающий кожу, но боялся посмотреть в ответ. Его кровь шумела в ушах так сильно, что даже если Изабель что-то и сказала, он не расслышал.

Он все разрушил. Он так боялся потерять ее, что сделал все только хуже. Кристиан отвернулся и, прикрыв глаза, приложил лоб к холодному стеклу.

– Я поддержу любой твой выбор, Изи, – почти шепотом сказал он. – Если ты будешь счастлива, кого бы ты ни выбрала, я всегда тебя поддержу. Но умоляю, не выходи за него лишь потому, что уверена, что он никогда не причинит тебе вреда. Тебе не нужны ни его надежность, ни безопасность. Я и так дам тебе все это. Любые деньги, вооружение, гарантии – все, что потребуется. Я обещаю, что больше никто и никогда не посмеет притронуться к тебе без твоего желания, но не выходи за него, если не любишь.

Кристиан почти перестал дышать, когда услышал тихие приближающиеся шаги Изабель. Она скользила по полу почти бесшумно, но он все равно чувствовал их так же сильно, как биение собственного сердца.

– Ты стоишь миллиона таких, как он, – прошептал Кристиан.

– Ты ведь даже его не знаешь, – в приглушенном голосе Изабель послышалась грустная улыбка.

– Зато я знаю тебя.

Кристиан оглянулся. Изабель стояла совсем рядом, в шаге от него. За девять лет с того самого проклятого дня похорон его отца она почти совсем не изменилась. Разве что линии ее лица стали еще тоньше и острее. Поменялся его угол зрения. В детстве в глазах Кристиана Изабель всегда была такой взрослой, статной и безупречной. А сейчас, когда она стояла рядом и он чувствовал ее дыхание напротив своего лица, она казалась ему такой маленькой, такой хрупкой и уязвимой, что ее образ из прошлого с трудом вязался с реальностью. Ее глаза были мокрыми от слез. Коснуться. Ему так хотелось коснуться ее, провести пальцами по нижнему веку, щеке, волосам, что это почти причиняло боль.

– Это я? – прошептала Изабель. – Я – твой мир?

Кристиан почувствовал, как к его щекам хлынула кровь.

– Я не прошу ничего взамен, Изи, – выдохнул он, – я никогда не ждал, что ты… – Кристиан прикрыл глаза и покачал головой, – мне правда ничего не нужно.

Я люблю тебя так сильно, что мне будет достаточно твоего счастья. Даже если оно будет не со мной.

Всего на мгновение он ощутил призрачное прикосновение тонких пальцев Изабель к своей руке.

– Ты говоришь так сейчас, – прошептала она с ошеломляющей нежностью и грустью. – Но совсем скоро все изменится. Что бы мы ни чувствовали друг к другу, через год это не покажется тебе важным.

Сердце Кристиана пропустило удар.

– Что бы мы ни чувствовали? – потрясенно прошептал он.

– Это ничего не меняет, – побледнев, сказала Изабель. Кристиан шагнул навстречу, но она отстранилась прежде, чем он успел перехватить ее руку.

– Это меняет все!

– Я порченый товар, Крис, – отозвалась Изабель, наскоро вытерев слезы, – а твоя жизнь только начинается. Ты не знаешь, о чем говоришь. Тебе кажется, что ты любишь меня, потому что я рядом, но скоро появятся другие и все это станет для тебя обузой. Я, мои чувства – все это потащит тебя на дно.

– Мне не нужны другие, Изи, – прошептал Кристиан. – Мне всегда была нужна только ты.

Он подошел к ней в два шага и впервые за все время позволил себе перехватить ее за предплечья. Сердце отчаянно билось где-то в горле. Его руки опустились вниз и нашли ее ледяные ладони.

– Не выходи за него, – взмолился Кристиан. – Если есть хоть малейший шанс, что однажды я смогу надеяться… – от волнения слова застревали у него в горле. – Если ты чувствуешь ко мне хотя бы немного той любви, которую однажды сможешь подарить ему, умоляю, не соглашайся на этот брак.

– В этом все и дело. Для меня будет большим подарком, если к кому-либо я однажды смогу почувствовать хотя бы десятую часть любви, какую испытываю к тебе каждый день, – прошептала Изабель, коротко сжав его пальцы в ответ. – Но если я пойду у нее на поводу, это будет нечестно. Я старше тебя, Кристиан. Из-за отца и Мукерджи я потеряла часть своего времени, и потому я никогда не заберу твое.

– Мне не нужно время, в котором не будет тебя.

Все это было похоже на сон. На нахождение на глубине. Замедленные действия, приглушенные водой звуки, удары пульса, резонирующие со слабым шумом вокруг. Кристиан почти перестал дышать, проведя большим пальцем по щеке Изабель и стирая мокрую дорожку от слез.

– Это и мой выбор тоже, Изи. Ты не можешь решать за меня.

– Так нельзя, – Изабель с горечью покачала головой. – Тебе всего шестнадцать. Это неправильно.

– Никто не будет знать. Пока. Мы будем осторожны, – пообещал Кристиан. Изабель не отстранилась, когда он приблизился еще на полшага и их лица оказались в миллиметрах друг от друга. – Умоляю, доверься мне. Позволь мне быть рядом.