Он скандировал это, носясь по внутреннему двору и размахивая мокрой шелковой шалью, как флагом победителя. Андрей даже и думать не хотел, у какой из перепуганных дам он украдкой стащил его ради шутки.
– Заика Марк!
Алик расхохотался и сначала тихо, а потом все громче и громче принялся скандировать оды Крамеру на пару с Питером. Он, подобно Адлербергу, делал это нараспев, то и дело бросая взгляды в сторону панорамных окон, где ошалелые, вымокшие насквозь гости пытались прийти в себя, пока Нейк Брей выдворял их из резиденции. Они высыпались из холла с пеной на голове, в вымокших, безвозвратно испорченных нарядах и едва не скулили от досады, пока с другой стороны крыла, с черного хода, прислуга выносила потекшие от сырости портреты Брея и скидывала их в общую кучу для костра. Глядя на это, даже Андрей не мог сдержать смех, несмотря на то что чувствовал чудовищную слабость и нарастающую боль во всем теле. Действие лекарства, что он принял еще с утра, должно было закончиться около часа назад. Андрей почему-то вспомнил об этом только сейчас, хотя прежде никогда не забывал о болезни.
– Заика Марк! – скандировали Питер с Аликом. – Заика Марк!
Андрей обернулся. Марк стоял в паре шагов от него и улыбался во весь рот. Его даже не смущало прозвище Заика, которое Питер и Алик выкрикивали с таким добродушным задором, будто это должно было быть его гордостью, а не изъяном. Андрей хотел окликнуть его, но тут же согнулся от кашля. После долгого бега легкие горели от боли, но он старался не показывать виду.
– Все в порядке? – обеспокоенно рванул к нему Марк.
– Все в норме, – с трудом сдерживая очередной приступ кашля, прохрипел Андрей. – Это ерунда.
– Знаешь что, Марк? – внезапно окликнул Крамера Питер. – Я тут подумал… Когда тебе исполнится девятнадцать, я, быть может, даже замолвлю за тебя словечко в «Белом георгине».
– Сп-спасибо, – еще больше покраснев, кивнул Марк. – Что это зн-начит? – тут же шепотом уточнил он.
Откашлявшись, Андрей наскоро вытер окровавленную ладонь о брюки и тепло, пусть и из последних сил, улыбнулся.
– Это значит, теперь ты один из нас, Марк Крамер, – сказал он. – Добро пожаловать в семью.
– Значит, ты и правда планировала сбежать в резиденцию Нозерфилдов? – задумчиво уточнил Филипп. – Я думал, ты блефуешь.
Я устало пожала плечами.
– Нозерфилды – ближайшая и единственная родственная к Понтешен династия, о которой мне известно. Говорят, что кузен Анны Понтешен Вениамин Нозерфилд еще может быть жив. По крайней мере, я очень на это надеюсь. Похоже, он единственный, кто может знать, кто я вообще такая.
Мэкки вздохнула и зарылась пальцами в волосы. В течение последнего часа я рассказала им все, что пережила за последние три месяца, пропустив лишь некоторые детали. Я умолчала о том, что знала о Кериоте и конфликте Рейнира и Андрея, а также о том, что мое прибытие на Тальяс было требованием Кристиана Диспенсера. Держа в уме ненадежность и вспыльчивость Калисты, я всерьез остерегалась, что в ее руках эта информация станет бомбой замедленного действия.
Ни ей, ни Филиппу не стоило знать о том, на что был способен Андрей Деванширский, а также какую опасность представляет Кристиан. По-настоящему я доверяла лишь Мэкки, но раз она шла в комплекте с Калистой Чавес и Филиппом Адонго, мне стоило соблюсти меры предосторожности.
Я также умолчала и о том, какие отношения связывали нас с Андреем. Я вообще старалась говорить о нем как можно меньше, чтобы избежать лишних расспросов. Мэкки и Калиста слушали не перебивая, и к концу рассказа я мысленно отметила, что их желание расправиться со мной прямо на месте чуть поубавилось. Мэкки казалась озадаченной, Калиста будто даже печальной, а Филипп…
– У меня сегодня праздник, – довольно заключил он, – таких сведений, да еще и от первого лица, я бы не заполучил и за миллион кредитов.
…А Филипп просто сиял от счастья.
– Затребуй эту сумму у Галактического Конгресса, когда будешь сдавать меня им, – вяло предложила я, – уверена, они расщедрятся.
– Значит, когда ты вместе с Деванширским отправилась на Мельнис, чтобы найти пятый штаб, Марк Крамер сообщил об этом Леониду? И тот подорвал ваш корабль? – уточнила Мэкки.
– Марк не думал, что там будет Андрей, он полагал, полечу только я…
– О, то есть он собирался убить только тебя, верно? А теперь ты… напомни, что ты там хочешь сделать? – прищурилась Мэкки.
– Спасти, – подсказал Филипп. – Да, кажется, именно так она и сказала.
