Кора повернулась в профиль, и свет от огня осветил ее поразительные глаза. Они сияли, как минералы на Скалистом острове, как драгоценные камни, более ценные, чем те жизни, что были ради них потеряны. Волосы были перекинуты через одно плечо и спускались ниже груди. Они были уже куда длиннее, чем несколько месяцев назад, когда они впервые встретились. Тренировки с Кэллоном изменили ее тело, сделали ее руки подтянутыми, ноги немного стройнее, тело – сильнее. Он и раньше считал, что она совершенна, но теперь это совершенство стало абсолютным.
Бросив свой рюкзак в том же месте, где всегда, он снял с пояса ножны и прислонил меч к стене пещеры.
«Раш, поговори с ней.»
Раш полностью отключил свой разум, воздвигнув вокруг него стену толще, чем горы, под которыми жили гномы.
Кора так и осталась сидеть, положив меч поперек бедер. Зная, что он хочет что-то сказать, она не сводила глаз с его лица.
Раш продолжал молча смотреть. Колени и бедра обдавало жаром от костра.
Взяв лежащий на коленях меч, Кора опустила его на землю и поднялась на ноги.
Нежная, как лепесток розы, на целый фут ниже Раша, она была его полной противоположностью во всех отношениях. Его лицо было суровым: обветренная, с острыми чертами, линия подбородка – такая, словно ей можно было резать стекло, а его глаза закалились годами сражений и пыток.
Взгляд ее миндалевидных глаз был уверенным, а красивые губы плотно сжаты, как будто Кора была готова к тому, что его следующие слова заставят ее вздрогнуть.
– Никакими извинениями не исправить то, что я натворил. Даже если у меня получится одолеть короля Лакса и вернуть мир в Анастиллию – этого будет недостаточно. Честно говоря, чего бы я ни сделал – будет недостаточно. Это суровая правда, но я ее принимаю. Я недостаточно хорош для тебя и никогда таким не буду. Это я тоже принимаю.
Как и ожидалось, она вздрогнула.
– Но я предпочел бы быть с тобой хоть ненадолго… чем не быть вообще.
Глубоко вздохнув, она подняла голову, и ее взгляд смягчился – словно распустился нежный бутон. В ее глазах читалась каждая эмоция, и, хотя он уже привык видеть в них гнев и ярость, сейчас они блестели совсем по-другому.
– Мы одни на этом прекрасном острове. Никто никогда не узнает, что между нами что-то было. Все это только для нас. Это возможность для нас хоть немного побыть счастливыми, ведь, когда начнется война и вокруг будет одна лишь смерть, мы еще долго не будем счастливы. Один из нас может умереть. Мы оба можем умереть. И, оглядываясь назад, на это время, что мы могли бы провести вместе, я не хочу ни о чем жалеть.
Ее грудь продолжала медленно подниматься и опускаться. Взгляд наполнился эмоциями, которые она больше не могла сдерживать. Но время шло, а Кора продолжала молчать.
– Когда мы покинем этот остров, всему этому придет конец. Мы останемся союзниками и друзьями, но не более. Нам не надо говорить о будущем, ведь все, что у нас есть, – это настоящее.
Глубоко вздохнув, Раш посмотрел на нее в надежде, что его предложение не будет встречено очередным отказом.
– Будь со мной.
Она выдержала его пристальный взгляд. Ее зеленые глаза слегка двигались из стороны в сторону. Кора рассматривала его в полной тишине.
Раш ждал, затаив дыхание.
Слова так и не слетели с ее губ, но она слегка кивнула – почти незаметно.
Он сделал глубокий вдох. Его переполняло чувство победы.
– Только для нас…
– Честно говоря, я думаю, что они в какой-то степени милые.
Лицом к лицу они лежали на одной подушке. Огонь потух, оставив после себя раскаленные угли, и они натянули одеяло, поймав тепло в ловушку между своими телами. Ночная тьма за пределами пещеры рассеивалась под ярким светом луны и бесчисленных звезд. Была где-то середина ночи, но они оба не спали.
Раш обвил руку вокруг ее талии и прижал Кору к своей груди. Внутренняя сторона ее бедра лежала на его бедре. По его лицу расплылась мальчишеская улыбка.
– Ты считаешь этих долбанутых лягушек милыми?
– Я сказала «в какой-то степени»…
– Они долбанутые.
Кора усмехнулась.
– Да ладно, неужели ты бы на их месте поступил по-другому, если бы кто-то вторгся в твой дом?
– Стал бы я преследовать их, подпрыгивая на десять футов в воздух и плюясь ядом? Нет… я бы этого не делал.
Она рассмеялась.
– Стал бы я рычать, как медведь, и делать такое же безумное лицо? Нет.
Она снова рассмеялась, вспомнив, как лица лягушек искажались от ярости.
– Но у них такие милые цвета, – сказала она.
Он покачал головой.
– Они стараются выглядеть милыми, чтобы ты подошла как можно ближе.
– Ну, их яд, похоже, единственное, что может убить Шаманов, так что теперь они наши новые лучшие друзья.
– Эм, скорее ресурсы.
– Кажется, один из их кланов живет в Эден Стар. Я смогла получить убежище, рассказав, что лягушачий яд смертелен для Шаманов. Но эльфы ни за что не причинят вреда живому существу, так что для них эта информация оказалась бесполезна.
– Это идиотизм.
– Они просто уважают все живое.
– Я понимаю. Но иногда ты должен делать то, что должен.
