– Флэр отказывается разъединяться, но я не позволю тебе причинить вред моему дракону.
Раш относился к нему, как отец к сыну: он готов был защищать его до последней капли крови, не раздумывая.
У Эша из ноздрей вырвалось облачко дыма.
– У тебя есть полное право меня ненавидеть. Я натворил много дерьма и совсем этим не горжусь. Но знай, я не прошу у тебя прощения, потому что понимаю, что не заслуживаю его.
– Что, черт возьми, ты делаешь?
Эш прищурился.
– Я прошу тебя помочь мне искупить свою вину. Потому что тебе тоже нужно искупить свою.
Дракон зарычал, из его ноздрей вырвалось большое облако дыма.
– Из-за тебя нас всех убьют.
– Мы все равно почти мертвы.
– Я не предан королю Лаксу, и, если мне представится такая возможность, я обезглавлю его своим собственным мечом. Я предан Флэру – тому, кого я люблю больше всего на свете. Он мой лучший друг. Он – моя семья. Я отомщу за его страдания. Я освобожу драконов. Я сделаю Анастиллию тем мирным местом, каким она было до того, как мы все разрушили. Все, что я сказал, – правда. А когда все это закончится, мы с Флэром разъединимся и я покину этот мир.
– Нет.
– Я не смогу успокоиться, пока все не исправлю. Помоги мне это сделать.
– Он тебе не верит.
Раш раздраженно сжал челюсти.
– Ты действительно думаешь, что я стал бы рисковать своей шеей и сходить с корабля на остров, когда мог бы просто сразу вернуться к королю Лаксу? В ту секунду, когда мы прорвались сквозь туман, Флэр почувствовал твое присутствие. В этом просто нет никакого смысла.
Эш зарычал.
– Даже если бы он тебе поверил, помогать бы не стал.
– Трус.
Бридж поморщился.
– Ага. Сейчас мы сгорим заживо…
–
Эш прижался к земле, будто готовился к нападению.
Раш шагнул вперед.
– Эти драконы там из-за тебя. Флэр пострадал из-за тебя. Возьми на себя ответственность за жизни своих сородичей и поступи правильно. Мой меч и моя жизнь – в твоем распоряжении. Я сделаю все, чтобы послужить этому делу…
В его сознание проник голос более глубокий, чем горные пещеры. Он был мощным, словно зимняя буря, и яростным, как сам ад.
– Сейчас ты сгоришь.
– Сожги меня, и ты лишишь драконов их единственного шанса на свободу. Если ты хочешь спрятаться на своем острове и пренебречь своим долгом, это твое дело. Но не отнимай у них единственный шанс. Я знаю Высокий замок лучше, чем кто-либо другой. Я знаю, как обстоят дела. И когда у меня будет достаточно союзников, я возьму его штурмом, сожгу дотла и верну власть законным владельцам.
К небу продолжал подниматься дым, но из пасти Эша так и не вырвалось пламя.
– Я говорю правду.
– Почему?
Раш запнулся. Его гнев мгновенно угас.
– Что «почему»?
– Почему в твоем сердце произошла такая глубокая перемена? Сузив глаза, дракон внимательно изучал Раша, пытался найти признаки лжи.
Раша поставили в тупик. Он не знал, что сказать.
– Потому что я люблю его.
Ответ получился простым и коротким, но другого он сейчас дать не мог.
– А любовь может изменить любого… даже такого, как я.
Эш снова выпрямился во весь рост.
– Я родился среди этих людей. Я унаследовал их жестокость и власть. Ничего другого я и не знал… пока не слился с Флэром. Чтобы добиться от него послушания, я совершал ужасные поступки. Очень долго между нами не было никакой связи. Но потом я увидел, что мой отец сделал с моей матерью, и взглянул на себя со стороны. Я больше не хотел быть таким. Мне стало тошно от мысли, что я обращаюсь с Флэром столь же ужасно. Мы поработили прекрасных существ, которые открыли для нас свои земли. Этот позор был слишком велик… И до сих пор ничего не изменилось.
Он глубоко вздохнул и закрыл глаза.
– Я убивал драконов, которые отказывались сливаться, и пытал тех, кто соглашался.
Он опустил подбородок и остался стоять в таком положении. Солнце светило ему в лицо, как прожектор. Глаза застилали слезы, но он не позволял им пролиться.
– Пожалуйста… помоги мне все исправить.
– Отдай мне свой разум.
Раш открыл глаза.
– Я… я не понимаю.
Раздался голос Флэра.
– Он просит разрешения вторгнуться в твой разум. Это та же техника, которую ты использовал, чтобы проникнуть в мой разум.
– Несмотря на все, что я сделал, ты спрашиваешь разрешения…
Снова раздался голос Эша.
– Я никогда не буду столь же жесток, даже если ты этого заслуживаешь. В этом разница между драконами и людьми, между королями и пешками, между добром и злом.
Это было самое сильное оскорбление, которое ему когда-либо приходилось слышать.
– У тебя есть мое разрешение.
Все произошло мгновенно. В его сознание словно закинули крючок, который зацепился за воспоминания и вытащил их наружу. Раш поморщился – это было физически больно. Прикосновение Эша было ментальным, но ощущалось, как настоящее. Раш замер, закрыл глаза и заставил себя расслабиться, чтобы позволить Эшу полностью проникнуть в его разум.
Когда Эш нашел то, что искал, то его разум погрузился в воспоминания.
Его ботинки стучали по каменной лестнице. Она вела глубоко под землю – туда, где держали драконов, отказавшихся подчиниться королю Лаксу.
– Поторопись.
