– Как ты думаешь, что я сейчас делаю?
Он взмахнул клинком и устремил его прямо в бок отцу.
Быстрым движением руки тот заблокировал удар.
– Прекрати все это сейчас же.
Надавив своим мечом на меч Раша, он оттолкнул его назад.
– Тебе меня не победить.
Раш отшатнулся назад, но не потерял равновесия.
– Тебе нужно сосредоточиться.
– Я сосредоточен.
– Нет, это не так. Ты позволяешь ему себя отвлекать.
Король Лакс шагнул вперед с мечом в руке.
– Не заставляй убивать тебя. Все это не стоит твоей жизни.
– Это единственное, что стоит моей жизни.
Король Лакс снова бросился в атаку.
Последовала серия ударов, оба мужчины наносили удары и блокировали их, их ботинки чертили линии на песке, когда они маневрировали вокруг друг друга. Пот бисеринками выступил у обоих на лбу. Обе пары голубых глаз были яростными, но во взгляде таилась неуверенность.
Раш отшатнулся. Он никак не мог оказаться в выигрышной позиции.
– Он слишком хорош.
– Нет, это не так. Ты просто не хочешь убивать своего отца.
Выдохнув, Раш выпрямился и сжал свой меч.
– Я тебя за это не осуждаю.
Угрожающе прищурившись, король Лакс опустил свой клинок и подошел к Рашу.
– Он тоже не хочет тебя убивать.
– Хватит, Раш.
Раш покачал головой.
– Пока ты их всех не освободишь, я не остановлюсь.
– Они животные, Раш. Их единственная цель – служить нам. Они ничем не отличаются от скота, который мы забиваем на ужин…
– Ааааа!
Раш поднял меч и резко опустил его вниз, прямо на руку отца, которой тот пытался заблокировать удар. Из раны хлынула кровь. Была видна разорванная плоть.
– Они предоставили нам убежище, а ты их предал. Это ты животное. Ты варвар. Мне стыдно быть твоим сыном.
Король Лакс даже не опустил взгляда, чтобы посмотреть на свою руку. Кровь капала на землю, образуя темные лужицы.
– Похоже, у нас наконец-то есть что-то общее, ведь мне тоже стыдно быть твоим отцом.
Он вложил меч в ножны, повернулся и пошел прочь.
Глядя ему вслед, Раш вздохнул. Он смотрел, как отец превращается в кобальтового дракона и взмывает в небеса. Юноша все еще держал меч в руках, а его грудь поднималась и опускалась в такт глубоким вдохам. Казалось, его сердце разбивается на мелкие кусочки.
– Мы должны уходить. Сейчас же.
Раш упал на колени и увидел повсюду пролитую им кровь – кровь собственного отца.
– Поспеши.
На него обрушилась какофония гнева, негодования и боли. Невидимые щупальца обвились вокруг его тела и потянули к земле, прямо в ад, где ему было самое место.
– Я должен был убить его, когда у меня был шанс.
– У тебя будет еще один шанс, Раш. Но сейчас мы должны уходить.
– Прости. Я тебя подвел…
– Ты меня не подвел. Бремя, которое ты вынужден нести, очень тяжело. В следующий раз это бремя будет ощущаться куда меньше, и ты сделаешь то, что должен.
Воспоминание покинуло его разум. Раш осознал, что стоит коленями на земле, его глаза закрыты, солнечный свет обжигает кожу. Он дышал сквозь боль, дышал сквозь воспоминание, которое ему пришлось пережить с такой силой, словно оно было реальным.
Эш продолжил свое исследование. На поверхность всплыло еще одно воспоминание.
– С ней все в порядке?
– Я не знаю. Лети дальше.
– Нам нужно приземлиться.
– Да. Но еще нужно, чтобы нас не поймали.
Флэр, рассекая ночную тьму, летел над деревьями в поисках места для посадки. Он снизил высоту и опустился прямо в кусты.
Они мгновенно перевоплотились, и Раш посмотрел на Кору, которая без сознания лежала на траве. Ее дыхание было глубоким и медленным, сильное тело не ослабело от полученных синяков и шрамов.
– Что они сделали с Красоткой?
Рашу казалось, что ему в живот всадили нож. Он почувствовал не просто вину, но всепоглощающую агонию.
– Я не должен был отпускать ее одну.
Да, не должен был. Что мы будем делать? У нас нет лекарств.
Раш перевернул ее на живот и приподнял рубашку, обнажив изуродованную спину. После стольких ударов плетью она была в крови. Содранная кожа делала тело уязвимым к заразе.
– Она скоро умрет…
– Заткнись и дай мне секунду.
Флэр замолчал.
Раш склонился над девушкой и уставился на ее раны. Его преследовали мысли об ужасе, который она пережила, о пытках, которые на самом деле предназначались ему, а не ей. У него пересохло в горле, к глазам подступили слезы.
Он закрыл глаза и почувствовал, как они падают и приземляются на ее израненную плоть.
Флэр молчал, но энергия вокруг его сознания изменилась. Это было похоже на нежное, беззвучное жужжание.
Раш не открывал глаз, а слезы все продолжали литься ей на спину.
Глубоко вздохнув, он откашлялся, и слезы начали литься еще сильнее.
Раны на ее спине затянулись, оставив после себя легкие шрамы. Кровотечение прекратилось, и боль должна была отступить. Он открыл глаза и размазал слезы по тем местам, куда они еще не попали, позволяя ее плоти их впитать.
