Сегодня у меня небольшой перерыв. Можно сказать, на обед. Окончательная сверка списка будущих жертв и начало масштабной операции. Причём работать буду не я один. Делегирование — наше всё. Некоторые вражины будут устранены Чёрным Оком, другие — кланом Панджаитан. Всё это будет происходить быстро. Почти одновременно в разных уголках планеты. Чтобы не расслаблялись.
Я принял душ, переоделся, окончательно всё обговорил с мастером Багусом и уже собрался звонить Асаду, требовать свои артефакты, когда на столе моего кабинета материализовался телефон.
— К нам гости, — сообщил Демон на том конце провода.
— А мы их ждём? — вырвалось непроизвольно.
В последнее время я всё отчаяннее нуждался в личном секретаре. По логике вещей, на эту роль идеально подходил Бродяга. Запоминает всё, что нужно. Выдаёт по требованию. Обеспечивает связь в любой точке усадьбы. Не нуждается в записях, календарях и пишущих машинках. Лишнего не болтает, зарплату не просит. Всем бы такого помощника.
— Тебе видней, — хмыкнул командир гвардии. — Целая герцогиня приехала.
Твою дивизию!
Бросаю взгляд на календарь и понимаю, насколько я отстал от жизни. Второе ноября! Даже не первое! А это значит, что Наталья Андреевна ещё вчера должна была мне передать на хранение фрагмент Серебряного Круга. Весь день я провёл в заботах и не договорился о встрече. А курьером ни один психопат такие вещи не передаёт.
— Много их там? — уточнил я.
— Да как обычно, — в голосе Лютого прозвучала скука. — Кортеж из пяти машин.
— Пропускай.
Положив трубку, я задумался о Великом Артефакте, дарующем бессмертие. Кому-то может показаться, что я отказался от идеи стать Кощеем, но нет. Всему своё время. Иезекииль Джонс, уж не знаю как, провёл экспертизу и выяснил, что фрагмент Круга имеет инопланетное происхождение. Это часть неизвестной технологии, которая не могла возникнуть на Земле. Британский миллиардер заверил герцогиню Воронову, что эксперты заслуживают всяческого доверия. Ну, если исходить из этого факта, то рано или поздно Серебряный Круг захочет вступить в переговоры. Или отобрать артефакт силой. Уж не знаю, будут ли они дальше верить в мою избранность, но сейчас инициатива на нашей стороне. А посему наступит день, когда они заявятся в Красную Поляну. И мы начнём торговаться. А если нет…
Что ж, тогда я сменю приоритеты.
И заберу то, что мне нужно.
Когда герцогиня появилась с деревянным лакированным футляром в руках, первой её фразой было:
— Сергей, ты завёл дворецкого? Молодец, давно пора.
Я взял из рук графини кубическую коробку, повертел в руках.
— Любишь перчатки, — Наталья Андреевна указала на специальный выступ. — Боишься, что я проникну в твои тайны. Раскопаю залежи скелетов в шкафу.
Нажимаю выступ, и крышка с лёгким щелчком откидывается, мягко отъезжает в сторону. Хорошая работа, явно ручная. И недешёвая.
Внутри футляра на пористой подкладке лежит знакомая золотистая пирамидка. Бороздки, значки неведомого мёртвого языка, выпуклости и выемки — всё в наличии.
Закрываю футляр.
— Бережёного и боги берегут, герцогиня.
— Не слышала такую пословицу. А в каких богов ты веришь?
— Да ни в каких, — ставлю артефакт на одну из книжных полок, рядом с миниатюрным глобусом. — Предпочитаю верить в свои силы. Как поживает сэр Иезекииль?
— Общаться с ним стало… труднее, — ответила герцогиня. — Англия не находится с нами в стадии конфронтации, но дипломатические отношения затруднены. И всем британским судам, включая подводные, запрещён проход в имперские территориальные воды.
— Он не может путешествовать на «Шогготе»? — моя бровь иронически поползла вверх.
— Может, — возразила Наталья Андреевна, — но не везде. В порт Фазиса, например, его не пустят, и это только начало.
— И что будет дальше? — заинтересовался я.
— Послов отзовут, — уверенно заявила Воронова. — Перекроют воздушное пространство. Запретят прямую телепортацию. Выдворят отсюда кучу народа.
— Но это ещё не война.
— Сергей, я тебя умоляю. Мы умеем играть в эти игры. Прямого столкновения, может, и не случится, но… Чтобы встретиться с Джонсом, мы будем вынуждены перемещаться в третьи страны. Или использовать твоего Бродягу.
— Фанатики себя не проявили?
Герцогиня покачала головой.
И добавила:
— Ты знаешь, я иногда сомневаюсь в правильности выбранной стратегии. Они знают, что фрагмент у нас, но ничего не делают. Не давят, не угрожают. Украсть тоже не пытаются. Ощущение такое, что им не нужен этот мусор.
— Я бы не спешил с выводами, — укоризненно смотрю на герцогиню. — Возможно, хотят усыпить нашу бдительность. Или пытаются вычислить, где именно хранится артефакт. Мы правильно делаем, что не держим его в одном месте.
Воронова вздохнула.
— Что ж, посмотрим. Рада была повидаться.
Когда за аристократкой закрылась дверь, я снова бросил взгляд на футляр. Может, его в сейф убрать? Впрочем… не думаю, что в Бродягу могут попасть посторонние. Да и не знает никто, что хранится в этой коробочке.
Не успела отъехать герцогиня, как телефон вновь зазвонил.
— Добрый день, — поздоровался со мной правитель Самарканда. — Как ваше ничего?
— Лучше всех, — хмыкнул я.
