Нянечка Анечка разложила малышню по развернувшимся розовыми складками бутонам ночных кроваток и перевела вечернее освещение в режим спокойного дежурного света. Этой ночью рядом с тихо жужжащей кроватью Мальчиша оказались такие же кроватки Грея и Натки. «Грей, ты что – спишь уже?», Мальчиш просунула руку в розовый пух по соседству и наткнулась на острое пацанячье плечо, «Давай письки показывать!». «Ага!», с готовностью согласился Грей, которому такое счастье перепадало не каждый день, «Только ты первая!». «Ладно… трусишка!», Мальчиш считала не достойным поведение Грея и в другой раз бы просто отвернулась к нему попой и заснула, но сегодня что-то сильно тревожило и хотелось совершенно непонятно чего, «Смотри!».
Мальчиш разворошила розовый пух одеяла и стянула свои детские трусики. Смотреть было ещё почти не на что, и Грей долго и напряжённо вглядывался в пухлые очертания маленькой стрелочки, указывавшей куда-то на голые коленки Мальчиша.
«Давай уже ты! Твоя очередь!», Мальчиш щёлкнула резинкой трусиков по животу. Грей засопел, выбираясь из-под одеяла и справляясь с трусами и, наконец, высвободил свою письку пред ясные от волнения очи Мальчиша. Маленький вставший писюн надуто закачался под животом Грея, и Мальчиш во все глаза пыталась его рассматривать. Грей, правда, скоро вернул резинку трусов на место. «Хочешь ещё у меня посмотреть?», Мальчиш выбралась из одеяла совсем и села на кроватке. «Угу…», Грей напряжённо сопел. Мальчиш стянула трусики и положила их под подушку, а сама сильно раздвинула коленки. Грей приполз и, не вылазя из одеяла, стал внимательно рассматривать розовую письку Мальчиша. То ли ему плохо было видно, то ли неудобно сидеть, но он всё время пододвигался и пододвигался ближе к Мальчишу. Так долго Мальчиш ещё никому свою письку не показывала, но она терпеливо сидела, не обращая внимания на ломоту в затекающих бёдрах.
«Мальчиш, а можно потрогать?», Грей смешно спросил почти в письку губами, как будто шептался не с Мальчишом, а с её розовой щелкой. «Ага…», Мальчиш и сама была не прочь потрогать себя за письку, она осторожно ткнула указательным пальцем в верх своей щелочки. Грей так же осторожно потрогал Мальчиша за губку, и они несколько минут по очереди трогали немножко мокрую и тёплую письку. Лицо Грея было уже так близко от неё, что Мальчиш не удержалась и шепнула, улыбаясь: «Лизни!». Грей испуганно поднял глаза: «Ты что! Я боюсь!». «Ну, ладно, иди тогда спать, трусишка!»,
Мальчиш схлопнула ножки и стала укладывать Грея спать: теперь она чувствовала себя скорей его заботливой мамой, чем расшалившейся не в меру приятельницей по игре. Подсунув отвернувшемуся Грею под спину одеялко, Мальчиш сама отвернулась в другую сторону и потащила одеялко с Натки: «Натка, ты спишь?».
«Не-а», Натка повернулась к Мальчишу, улыбаясь смуглой чернобровой мордашкой – они дружили с ней уже целый год. «Давай письки показывать?», в глазах Мальчиша искрился играющий огонёк. «Чего их показывать?», не поняла Натка, «У нас же с тобой одинаковые!». «Ну и что!», Мальчиш села на кровати и заглянула к себе между ног, «Мне плохо видно у меня! И тебе тоже! Вот попробуй…». Натка тоже села в постели и посмотрела себе в трусики. «А попу мне у себя вообще не видно…», Мальчиш старательно наклонялась вперёд, демонстрируя всё неудобство рассматривания у себя самого интересного. «Ну, ладно…», Натка потянула трусики с ног, «Давай…».
«Я к тебе, Натка…», Мальчиш забралась на кроватку подружки и оказалась на ней «валетом-наоборот» – вверх ногами. «Чур, я сверху лежу!». «Нет я!». С полминуты они весело побарахтались, пока Мальчиш не схитрила: «Нянечка-Анечка!». Обе мгновенно притихли, но никого, конечно, не было, зато Мальчиш, раздвинув Натке коленки, вовсю уже любовалась на небольшую смуглую щелочку с крошечными ало-розовыми губками посредине. Натке пришлось любоваться на снежно-белую щелку Мальчиша снизу, но зато ей лучше было видно розовое колечко попы, за которое она Мальчиша и потрогала пальчиком. «Не щекотись, а то я расхихикаюсь!», зашептала Мальчиш, утыкаясь губами в Наткину коленку. Мальчиш со всех сторон рассматривала алеющую щелку Натки и изо всех сил убеждала себя выполнить данное себе честное слово.
На днях маленькая Гайечка рассказала ей, что один раз лизала писю у мамы и ей очень понравилось; и Мальчиш пообещала себе, что при первом же удобном случае потрогает какую-нибудь девочку за щелку язычком.
Но уже спящий теперь Грейка был прав – всё-таки было немного страшно. Натка тихонько хихикала позади Мальчиша, рассматривая её нежные складочки и теребя двумя пальчиками за мягкие губки. Мальчиш немного зажмурилась и приложила кончик сильно выставленного вперёд языка к алой щелке...
