По бокам её, словно в неусыпном конвое, уже отвисали порядком поднадоевшие ей за это утро Ганни и Гелла. Оба, то по очереди, то вместе, гладили её незаметно по попке, отчего тащились неимоверно. Впрочем, датчики обоих молчали и даже не вибрировали. Ганни отвернулась от Мальчиша и хотела курить. А Гелл вообще читал какую-то затёртую книжонку, поднося её к стёклам близоруких донельзя очков, перелистывая страницы чуть ли не носом и являя собой вид самой оголтелой асексуальности. «Буржуины проклятые!», подумала им Мальчиш, и Гелла сжал её булочку под мини-юбкой своей мокрой пятернёй чуть сильней, нахально ухмыльнувшись в потрёпанный бестселлер. Прямо перед Мальчишом качалась затянутая в шёлк пышная фигура какой-то тётеньки, о которой Мальчиш пока только смогла подумать, что если бы она вышла вместе с тем дядькой, то час пик в автобусе сразу бы кончился. Покрутиться на месте, как любила делать Мальчиш на задней площадке для улучшения обзора, никак не получалось – тесно на этот раз было в самом деле чуть не до хруста в костях. А клипса ждать долго не будет, раз уж очнулась… Мальчиш ещё раз с ожесточением толкнула в бок Гелла, от неожиданности тут же тихонько чихнувшего в книгу, ущипнула за подставленную мягкую половинку попы Ганни, и решила уйти от них куда-нибудь навсегда, например на среднюю площадку или даже в самый перёд. Но тут автобус качнуло на развороте, и взгляд Мальчиша упал на симпатичную худенькую женщину, стоявшую сразу за необъятными формами впереди.
Женщина стояла спиной к Мальчишу и смотрела в окно. Острые лопатки на спинке подрагивали в бесконечном, до самой поясницы вырезе платья, а в левом ушке мигало и еле слышно в автобусном грохоте попискивало рубиновое колечко. Аналогичное правое колечко предпочтения горело ярко выраженным синим светом. «Ничего… Подождём немножко…», Мальчиш с долей уверенности оценивала окружающую женщину ситуацию. Кроме пышных грудей рядом с ней находилась только какая-то совсем юная студентка, изучавшая конспект в подвешенном на поручень мониторе и беззаботно грызшая большое зелёное яблоко. Представителей мужских классов близко не было, и ждать действительно пришлось недолго. Худенькая женщина нервно перебирала ножками, а синий свет её датчика предпочтения уже соседствовал с розовым. «Ещё немножко… моя хорошая… сейчас… вот…», Мальчиш чувствовала, что действие деактиванта скоро подойдёт к концу. Все цвета датчика на ушке женщины, наконец, сменились одним ярко-сиреневым. «Ну вот… Теперь кто хочет, куда хочет, и как хочет…», удовлетворённо потянулась Мальчиш к краю своей мини-юбочки, наблюдая за сиянием тихо позванивающего аметиста. Она ещё раз оглянулась по сторонам – нет, больше всего на свете, она не могла перенести в людях равнодушия! Очкарик этот с книжкой, студентка с конспектом – человек погибает, а у них ноль-эмоций! «Блин, самая читающая страна в мире просто…», в негодовании Мальчиш даже слегка порозовела щёчками и дотронулась до объёмной попы перед собой.
– Тётенька, пропустите меня, пожалуйста, а то меня здесь эти двое за попу хватают! – попросила громко Мальчиш, протискиваясь к полуобнажённой нервно подрагивающей спинке.
– Проходи, проходи, моя девочка! – обладательница пышных форм прикрыла всем своим телом сзади Мальчиша и, обернувшись, показала пухлый розовый язык Геллу и Ганни.
Мальчиш тут же коснулась кончиком язычка вздрагивающей спинки: медлить было нельзя – сиреневый аметист мог вот-вот уже обратить свой свет в серый режим самоудовлетворения, и ручка женщины уже тянулась вниз по животику. Левая клипса Мальчиша незамедлительно завибрировала и перешла, засветившись, на лёгкий писк, а правую Мальчиш активировала в красный тон – никаких писунов, кроме своего собственного, она сейчас видеть не хотела. Худенькая женщина своей стройной талией сразу выгнулась назад, маленькой попкой уткнувшись Мальчишу в живот, и Мальчиш обеими руками взяла её за раскалённые лучами солнца плечи. Худенькие плечики чуть вибрировали в тряске автобуса, и из-под мини-юбочки Мальчиша полез вверх неутомимый страпон. Мальчиш осторожно обнажила хрупкие плечики женщины, стянув с них лёгкую ткань платья, поцеловала немножко ещё в верхние бугорки позвоночников, потрогала небольшие напряжённые грудки женщины, и нырнула обеими ладонями в трусики прямо через глубокий разрез платья. Как и следовало ожидать, клитор был уже надут словно спелая ягода, а гладкая щель напоминала свежеразломленный апельсин. Трусики были мокры насквозь, и, немного повозившись с истекающими негой складками страждущей вульвочки, Мальчиш взяла трусы за края обеими руками и резко сдёрнула до самых коленок женщины, всей спиной сама утонув на миг в роскоши горячего тела позади себя. Порывы жара со спины её не сильно беспокоили, поскольку она вполне надёжно была прикрыта вся той толстой тётенькой сзади.
