Через полчаса в автобусе было жарко не только от полуденного слепящего солнца. Мальчиш отдувалась в объятиях целующей её в плечи полной тётеньки и истекала потом между двух женских тел. Утешало её в жару этой печи только одно: Геллу с его натянувшейся на хуй студенткой было ещё неудобней. Неопытная студентка забросила сгоряча одну ножку на поперечный поручень автобуса, и теперь её разрывало в полушпагате от толчков члена вверх и автобуса во все стороны. Она видимо мучалась, ужасно краснела и взахлёб целовалась с пожилой женщиной, сидевшей на сиденьи прямо у неё под пиздой. Ножку, впрочем, студентка опустить и не пыталась, то ли оттого, что женщина ласково похлопывала её пальчиками по пизде, то ли и в самом деле было некуда. А Гелла донимал, ко всему, какой-то пятилетний ребёнок. Девочка дёргала его за край спущенных шорт и упрашивала «Дядя, дай пососать… Дядя, дай…». Мама ребёнка была отвлечена от надлежащего воспитания усатым дяденькой с портфелем и в тапочках, который ёб её, ласково похлопывая пухлой ладошкой по попке. Лишь изредка женщина отвлекалась и сквозь стоны произносила нечто вроде «Солнышко… Ну как же дядя тебе даст… Ох-хо!... когда у дяди один только член… Дядя занят, не балуйся… ты маленькая ещё… Уух!». Девочка обиженно оборачивалась на маму и продолжала теребить Гелла за шорты, но у того сил хватало только на то, чтобы погладить ребёнка по голове: его самого уже довольно сильно штормило не первый десяток минут, и в наплывах чувств он еле дышал. Мальчиш с трудом просунула руку, потрогала яйца Гелла и засмеялась, увидев несчастное лицо девушки-студентки внутри которой вздыбился до предела его хуй. «Ууф-фх! Пизда, а не девочка!», на одной ей понятном наречии строго выдохнул Гелл в сторону Мальчиша и наклонился к уху студентки: «Немножко ещё потерпи, моя хорошая! Сейчас разгрузка придёт…».
Ещё минуты три они сладко карячились на этих поручнях, пока по внутреннему коммутатору не донеслось «Граждане пассажиры! Автобус перегружен по классу А-Цэ-три икс. Просьба всех имеющих возможность пересесть в поданный автобус разгрузки!». К счастью возможность ещё была более, чем у половины пассажиров, и после непродолжительной стоянки заметно полегчавший автобус вновь закачался широкими боками по магистрали.
Ситуация сразу резко разрядилась, и на весёлом хорошо теперь продуваемом со всех сторон солнечном просторе продолжали раскачиваться уже лишь самые увлёкшиеся процессом случайной любви пассажиры. Мальчиш вовсю целовалась с расхристанной вдрызг худенькой женщиной стонущей у неё на губах. Их полная транс-налётчица, скинув совсем одежды, стояла на четвереньках и влизывалась в совокупляющиеся промежности своих любовников. Гелла, только что испытавший головокружительный совместный оргазм со своею студенткой, без сил сидел на мягком сиденьи, а между его широко раскинутых ног ползал, играя ротиком со спущенным членом счастливый ребёнок, оцеловываемый не утратившей нежности студенткой. Девушка никак не могла прийти в себя после получасовой растяжки и, стоя на карачках, никак не могла свести ножки вместе. Этим вовсю пользовался усатый обладатель портфеля и тапочек. Он стоял сейчас позади девушки и усердно вколачивал ей под оттопыренную попку свой средних размеров предмет женского обожания. А мама ребёнка теперь удобно устроилась на тех самых поручнях, которые мучили девушку-студентку, и, широко раздвинув колени, давала вылизывать свою влажную незащищённость по очереди пожилой даме и Геллу.
«А где эта пизда-крошка?!», мелькнула тревожная мысль в голове Мальчиша, и язык её щекотнул нёбо закатывающей глаза женщины. Вместе с её головкой развернув свой взгляд и не отрываясь от сладко-горячих губ, Мальчиш обнаружила предмет своей тревоги в самом углу автобуса в переливах трёх до очень тёмного смуглых тел. Белоснежное тело Ганни терялось и выныривало, отчаянно контрастируя с почти чёрными телами каких-то дико наколотых и изукрашенных персонажей, чью принадлежность к человеческой расе обозначали только офицерские светодиоды на сброшенных кителях. «Грязная проститутка!», горячо встрепенулась Мальчиш, и женщина застонала и забилась попкой, прижимаясь к её телу. «Расистка проклятая!», добавила Мальчиш уже направленно Ганни, «Сейчас всех троих отберу себе!». Ганни улыбнулась одними глазами, поскольку рот был занят, и вильнула попкой на крепком хую в сторону Мальчиша. Будь они одни, Мальчиш ни за что не потерпела бы такого. Она и сейчас уже ринулась было в сторону этой бедламящей с Ганни троицы, но оргазм женщины, заходившейся в чувствах у неё на губах и на страпоне, заколотил заодно и тело Мальчиша своими конвульсиями. А женщина-транс захватила в рот оба яйца Мальчиша и подбородком сильно упёрлась во влагалище. Мальчиш оторвалась от пылких губ замершей в сотрясающем отрешении женщины и от одного взора на её искажённое любовной мукой лицо стала испытывать всё нарастающую дрожь в коленках и невероятно-приятную щекотку в пизде…
