– Пиэнер, какой-то дурдом! – она еле успевала бежать за ним в прозрачной уходящей постепенно под поверхность анфиладе. – Мама с папой не для того мне купили компьютер, чтобы я проводила время в дурацких бегах по стране, которой нет!.. И не для того, чтобы семеро моих любимых братьев не видели свою милую сестрёнку целыми ночами и днями!.. И…
– …не для того, чтобы их дочь оканчивала виртуальные университеты и строила публичные дома! – горячо поддержал Пин на бегу и, резко остановившись, обернулся и засосал Венди в пылающие губы… на эскалатор их занесло по инерции.
– Да… точно… не для того… – Венди чуть ли не локтем вытирала обслюнявленный обоими свой рот и взирала на струящийся вверх параллельный пролёт эскалатора. – Интересно, а для чего? Может быть отключиться – спросить?
– Только по-быстрому! – поддержал Пин. – Заодно пролистнёшь там файл про алый цветок, как одна девочка тоже отключилась один раз, приходит потом – а любимый её сетевой глюк тю-тю! Обесточен лежит и в глазах ни одного уже бита на байт…
– Ты жестокий, Пин! Я пошутила же! – Венди поправила сползшие трусики под мини-юбкой и почесала бедро. – Пин, а чего вон тот дяденька делает? Он железнодорожник?
Внизу, уже близко, возился с громоздким оборудованием работник метрополитена.
– Нет, он простодорожник. Он снимает апскёт, – Пин сделал вид, что равнодушно смотрит за спину Венди.
– Чего снимает? – порой Венди тундрой была непроходимой, центральноарагийской.
– UpSkirt! – Пин кивнул головой в направлении своего взгляда. – Это крупным планом и художественно то, что у тебя между ног, когда ты едешь по эскалатору…
Она обернулась и слегка обалдела – на подобных широких экранах в мире её планеты вообще-то сутки напролёт крутили рекламу… Тут же на всеобщее обозрение сменялись подвижные ракурсы её спускающейся вниз по этой ёб@ной бегающей лестнице п@зды в полудетских изрядно помятых трусах с чуть задравшимся краем боковой резинки… Венди вывалила язык от изумления и поспешно хлопнула коленками друг о дружку, вызвав редкий смешок пассажиров на немноголюдном сейчас эскалаторе. На экране уже демонстрировались полупрозрачные трусики какой-то читающей книгу особы, которая и не думала отрываться от своего фолианта и только иногда будто случайно приразводила стройные ножки.
– Ёп твою, Пин! О какой сексуальной безопасности ты говоришь, когда уже всё это подземелье видело моё интимнейшее устройство?! – Венди возмущённо потрясла его за рукав и впилась в поцелуе ему в рот.
– У..м..мм..уум! Кайф… – Пин постарался оторвать от себя Венди до того как эскалатор выдаст им, как зазевавшимся, автоматического пинка на прощанье. – Твоё интимнейшее устройство, Венди, у тебя на лице!!! Такого полового аппарата, как твои губы, я, веришь-нет, не встречал ни разу за всю свою жизнь!
– Конечно не верю… – она растерянно осматривалась по сторонам в огромном почти пустом зале сверкающей изящной и явно многофункциональной архитектуры; но п@зда её больше нигде пока не демонстрировалась и она немного успокоилась. – Ой, Пин, посмотри, какой сексуальный маньяк!
Пиэнер Пин критически проследовал взглядом по направлению к платформе ожидания и поневоле вздохнул:
– Это обыкновенный очкарик с Церенезии!.. У них там у всех перекос на голову, и они выглядят жутко умными… Но это вовсе не повод, Венди, для знакомства и твоих притязаний!
– А? – Венди, казалось, уже слабо слышала. – Но какой сексуальный… ммм… Пин, я не распустила слюну?.. Нет, точно тебе говорю – он маньяк… Он хотел вы@бать меня, когда я ещё была наверху!
– Наверху? – Пин и обычно не сомневался в здравости рассудка Венди – никакой здравости у неё не было; но сейчас он и вовсе почувствовал её безнадёжно больной: – Венди, очнись! Когда ты была наверху, он ещё лишь входил в сеть, у него ещё мелькает лампочка коннекта на напульснике…
– Нет, Пин… Ты просто лашарик и редкий дурак… Это цель его жизни! Ты понимаешь – он охотился за мною с пелёнок? С его пелёнок, Пин, а не с моих! Это всегда преследующая его идея – отодрать меня в задницу! Навязчивая и неотвратимая идея-фикс, ты понимаешь?! Видишь, как горбатится мускул в его штанах? Он чует меня…
Это было не очень удобно – прятаться за ящиком-шкафом с прохладительной пусси-колой и выглядывать из-за него – но зато Пиэнеру смертельно захотелось этой тинейджерствующей оборванке тут же на месте и вдуть…
– Какой мускул, Венди?! Он мирно читает какой-то научный бестселлер и класть на тебя хотел свой мускул… – Пин совсем уже было намерился приправить собственный х@й Венди под оттянутые в сторону трусики, но тут послышался гудок приближающегося поезда.
…Еб@ться хотелось, как жить, когда хромэластиковые входные мембраны поезда защёлкнулись позади возникших среди вагона Пиэнера с Венди, да ещё преследуемого ею очкарика с Церенезии.
Вагон был почти пуст. Очкарик мирно обвис о хризолитовый поручень, а Венди сдёрнула Пина на кресло позади церенезийца и затаила дыхание…
