И вот кто-то из нас, не помню, захотел маленького кудрявоголового барашка. И я спешно вырулил на мировые просторы на попутном астрокрейсере из созвездия Лебедей. То, что я нашёл в открытом космосе короткому и здравому описанию не поддаётся. По мотивам этого бреда я и сочинил себе следующее существование и его окружение. Существование – это ты. А параноидальное окружение – это то, что ты привык считать своим миром… смешная и несколько торопливо сконструированная планета Земля! Ф-фтыкнул? Умница…
Должен заметить, что и предыдущее, то есть моё, существование особой реалистичностью не отличалось: в последние несколько воплощений это начало становиться неотъемлимой чертой нашего жизнетворения – детски упрощённая схематизация и подчёркнуто-нигилистическая безалаберность жизнеконструкций. Ты пробовал проторчать всю жизнь на планете размером с кусок земного курятника? Не хихикай, та задница, которую ты с ламерским пафосом называешь Гнездом, поверь, всю жизнь представляла из себя примерно то же самое, архитектурно, лажестроение! Даже с теми же примерно размерами…
И здесь мы плавно приехали к главному: у меня не по правде, у тебя не по правде, а де тода? Вот!.. (брат-близнец даже многозначительно задрал палец вверх!).
Правда началась тогда, когда тебя первый раз, как ты выражаешься, «вставило»! Эта правда отпустила тебя ненадолго, чтобы ты совсем не рехнулся от радости, но отпуск уже заканчивается – период действия моих художеств истёк, о чём я и уполномочен тебе заявить! Когда я свалю, «гнездо» твоё, Пин, окончательно просыплется и хоть, конечно, долго ещё будет торчать посреди одного из центральных бульваров твоим персональным музеем, но поверить в реальность существования Земного шара ты уже никогда не сможешь… Welcome to Никогда-Не-Бывает/Лэнд, Пиэнер Пин! Приехали!.. А ты, наверное, думал, что подломил, наконец, своей “Липкой” системные файлохранилища на Земле? Извини, этой неземной удачей ты побаловаться не успел…
Гость замолчал и склонил голову к голове своей мирно уснувшей змеи.
– Чё это у тебя за галстук? – Пиэнер Пин в минуты жесточайших умственных катаклизмов всегда «выворачивал пробки», чтоб посидеть немного без света и сориентироваться в новой обстановке. – На пионерский вроде не похож…
– Это не галстук. Это моя пространственно-временная перемещалка, прикинь?! Модель – “пристегните ремни и бумажные памперсы”! Ну ты всё отгадал про Нетландию, мне можно лететь?
– Куда это тебе лететь, если ты – это я? – Пиэнер посмотрел недоверчиво и пробормотал одними губами: – Поэтому был не нужен пароль?
– Конечно! На фига он тебе, если ты сам всю эту лабуду с диогеновой бочкой и выдумал…
– А люди?
– Чего – люди? Людям нужен, конечно. А то всякого барахла с планет понасыплется, потом чё?
– Сам ты барахло… – Пин рассердился неизвестно на что. – Мы с тобой тоже подарочки! Один с Земли, другой с какого-то астероида…
– Ну, нам делать нечего! У нас кроме виртуальных планет ничего другого нет… Так я полетел?
– Куда?
– Куда надо!
– А тебя тоже там, на твоей планете твоя роза звала Пиэнер Пин?
– Моя роза только вздыхала! За что я её и любил… Пин, ты чё – розы же не говорят! А вообще меня звали Маленький Принц! Здорово, да?
– Здорово, наверное… – пожал плечами и согласился Пин со своей прошлой инкарнацией. – Розе нравилось?
– Роза просто была без ума!..
– Ну погнали…
Он встал на ноги и ещё раз потрогал прозрачную стену из L/3i-стекла.
– Открой окно, Пин! – стоящий на пороге возле двери, за которой плясало в психоделических изваяниях шестимерное изображение Земли, маленький принц целовался со своею змеёй. – Это поможет тебе раскрыть пошире глаза…
Он не вышел, он просто исчез. А Пиэнер Пин полез через стол с мониторами к затянутым серебрившейся во тьме паутиной полкам с запылёнными фрагмент-осколками софта и харда. Во рту и в носу у него свирепо засвирбело.
– А! А-ааа!.. Ааа-иии… Ооу! Ухуйа..а-а… Айн!.. ШхииииииИ!!! – пыль взметнувшаяся из-под его чиха шумовым облаком повисла вокруг головы. – Ого… Кга-эхм!..
Он тиранул по носу голым локтем и потянулся всем обо что-то там позади застревающим телом вперёд, к позабытой уже перезабытой той занавеске… Он дёрнул её раз, другой, но она зацепилась или была зажата, а он почти висел на ней… И тогда он просто всем собой рванул эту светонепроницаемую штору вниз, чувствуя как рушится вместе с ней и с не выдержавшими стеллажами куда-то хер и поймёшь…
Яркий свет заливал небольшое помещение с сиреневыми эстет-экранами вместо стен. С потолка свисал раскачивающийся обрывок кабеля Endless-Feed, “бесперебойной подачи” информационного и молекулярного топлива на системы жизнеобеспечения – второй кусок торчал из-за метаэлластикового пояса Пина, позади, наподобие классического растрёпанного хвоста… С окрасившегося в радужные тона стола над ним хохотала зелёная и до неприличия голубоглазая мышь!.. А за окном во всю стену распахнулся пейзаж до коликов в ухе знакомой одной из широких городских аллей родной Нетландии…
