И чем больше она оскверняла себя, погружаясь во мрак запретного, тем больше ее боготворил Зепар. Греховные утехи – и для женского, и для мужского начала, вкушаемые Валерией, создавали в глазах окружающих не закономерное чувство отвращения и отторжения, а наоборот, чувство прекрасного, ощущение гармоничности ее натуры, словно она была создана для того, чтобы все правила нарушать. Глядя на нее, люди думали, что все ее пороки – тот мир, без которого она не могла бы существовать, так же, как и красота совершаемых ею безумств не смогла бы расцвести без Валерии. Что бы она ни делала, – все возвышало ее и красило. Окружающие ее люди и звери начинали думать, что ее путь – единственно верный, и его должен придерживаться каждый, если хочет жить по-настоящему. Жизнь без запретов есть настоящая жизнь, и какова бы ни была цена, она, несомненно, стоит того, чтобы провести все свое время, уготованное Богом, в беззаботных усладах – без последствий, раскаяния и боли.
Время – палач, главный исполнитель смертного приговора, который вынесла себе Валерия, неумолимо приближало час ее кончины. Образ жизни, которому она следовала с большим энтузиазмом, оправдал себя, и цель была почти достигнута. Во время одного из припадков, вызванных передозировкой наркотиков, она должна была умереть. Но убийца Зепар, постоянно и методично убивавший ее, в этот раз вернул Валерию к жизни, чтобы та снова страдала. Он знал, что выбранный ею образ жизни, радующий его, ее убивает. Зепар понял, к чему она стремится и отчего не упускает ни единой возможности скоротать свое пребывание в этом мире. Он определил ее в больницу для наркозависимых, где она, против своей воли, более трех месяцев находилась на излечении. Но, несмотря на дорогостоящее лечение, Валерия, по мере возвращения к Зепару снова ставала на старые рельсы и продолжала намеренно медленно, исправно и аккуратно убивать себя до тех пор, пока ей хватало на это сил. После чего Зепар снова возвращал Валерию в больницу для восстановления жизненных сил, чтобы она получила возможность страдать дальше. Все новые и новые попадания в больницу и неэффективность используемых методов заставляли врачей увеличивать период лечения. В последний раз она пробыла в местах излечения от наркотической зависимости более полугода. Ее выписали, но она, тем не менее, не излечилась. Она просто не хотела выздоравливать. Ее душа была отравлена, а жизнь проклята.
Несомненно, Валерия вернулась бы к той жизни, где ее ждала скорая смерть, не найди она противоядие от яда, каковым была пропитана каждая ее клеточка. Единственное противоядие, способное ее спасти и избавить от проклятия, она встретила на своем пути случайно. Это был Петр Аристархович Пушков.
Двенадцатое июля две тысячи седьмого года выдалось для Валерии насыщенным событиями днем. И вообще он был для нее знаменательным – первый после долгого заточения, так сказать, первый день на свободе. Валерия встретилась с Петром Аристарховичем и искра, пробежавшая между ними, разгорелась в пламя, сжигая необъятные поля прошлого. Но главное потрясение случилось под конец дня. Валерия сидела с подругою Зепара на веранде ее дома и, покачиваясь на качелях и разговорившись, узнала от нее правду. Она прозвучала из уст подруги совершенно случайно, как бы между прочим, в виде незатейливой истории для поддержания разговора. Подруга рассказала о произошедшем событии в подробностях, преследуя цель показать свою значимость в жизни Зепара, свою важность для организации. Рассказала то, чего рассказывать было нельзя. Рассказала, чтобы показать уровень доверия Зепара к ней, который раскрывает ей тайны и посвящает в детали, в каковые организация посвящает не всех.
Валерия узнала, что Ифрис жив и здоров. Узнала, что в разлуке ее с ним повинен Зепар – не злой рок, не происки судьбы, не насмешки Бога, а только Зепар. Узнала, что тот подставил Ифриса, спланировав его арест. Ифриса ждала засада. Уполномоченные сотрудники соответствующих органов были заранее подкуплены и оповещены Зепаром не только о планировавшемся преступлении, но и о запасах наркотиков, зарытых во дворе дома Ифриса. По наущению Зепара, силовики точно знали, где и что искать. Кинологам не составило труда отыскать зелье. Потребовались не более пяти минут, чтобы закончить поиски. Зепар отомстил Ифрису за все, отдав его на съедение волкам и отняв самое дорогое, что было в его жизни.
Ифрис вместе с отцом и сподвижники Зепара были заключены в места лишения свободы – кто на десять, а кто на двадцать пять лет.
Чтобы у читателя не осталось вопросов и сложилась полная картина происшедшего, считаем необходимым рассказать некоторые детали задержания. А также о предшествующих событиях, приведших Ифриса и его отца за решетку.
