Он говорит обо мне, как о своей новой охотничьей собаке – одобрительно и по-хозяйски. У меня горят уши. Аромат еды уже вызывает не аппетит, а тошноту. Зачем он настаивал на моем присутствии за ужином? В наказание за то, что я вышла в город? Если так, то наказание это странное, но безусловно эффективное. Мне кусок в горло не лезет. Я кладу вилку и возвращаю руки на колени.
– Знаешь, Кастиен, – говорит Илюзин, отправляя фруктовую косточку в полет через балюстраду на далекие крыши внизу, – я, честно, не понимаю, почему ты так упорно не хочешь покидать это место. Со всеми его библиотекарями, рейфами, троллями и другими мерзостями!
Я подавляю раздражение, стараясь отпустить все эмоции.
Принц отправляет в рот мясо, прожевывает его и проглатывает. Затем откидывается на спинку стула и неспешно взбалтывает в бокале вино.
– Тут гораздо веселее, чем тебе кажется, милая. Для меня это уже стало чем-то вроде игры: сколь долго я смогу спасать Обреченный город от гибели? Очень азартно!
Я бросаю на него быстрый взгляд, а затем снова опускаю глаза. Пригубляю вино из своего бокала и, когда сладчайшая жидкость обжигает горло, осознаю свою ошибку: это напиток фейри. Чтобы опьянеть, мне достаточно одного глотка. От двух глотков я начну творить глупости, а от трех совсем потеряю голову. Нужно быть осторожней.
Илюзин что-то говорит, я и заставляю себя прислушаться к ее словам.
– По-моему, ты уже заигрался. Время Лодирхала практически истекло, тебе пора серьезней отнестись к своему будущему.
– Ты шокируешь меня, Илюзин. – В голосе принца нет и толики потрясения. – Как бессердечно говоришь ты о скорой кончине моего отца!
Принцесса закатывает глаза и поводит плечами совершенной формы.
– Я тебя умоляю! Не пытайся убедить меня, что испытываешь к нему нежные чувства. Это было бы отвратительно
– Я сам вызвался принять на себя ответственность за Веспру.
– Да, именно это ты всем и говоришь. И, поверь мне, я понимаю твое желание сохранить лицо. – Илюзин склоняет голову набок, и сияющие локоны расплавленным золотом льются на ее плечо. – Только все прекрасно знают, что тебя не просто так изгнали из Рассветного двора.
Принц долгое мгновение молча выдерживает ее взгляд. Потом, вздохнув, сует в рот очередной кусочек мяса, неторопливо пережевывает его и проглатывает.
– Это правда, – наконец произносит он. – Меня вынудили взять на себя эту роль… по той простой причине, что
– Возможно, в то время так оно и было, – признает Илюзин. – Тогда, когда библиотеку только основали. Но с тех пор условия Договора смягчились. Возобновились связи между фейри и людьми, хотя я не могу взять в толк, зачем, – добавляет она, скривившись. – Тем не менее в результате этой связи появляется все больше детей-гибридов. Разумеется, большинство из них не обладает магией, поскольку сами люди, похоже, растеряли былые магические способности. Но уж кого-то точно можно найти, обучить и поставить вместо тебя. Возможно, даже одного из твоих библиотекарей.
– Мои библиотекари, – говорит принц, – грозная компания. Лучшие маги человеческого мира.
– Так я тебе о чем?! – восклицает Илюзин, словно заработала в игре очко, и машет рукой в моем направлении. – Пусть это существо займет твое место.
Принц заламывает бровь.
– Дорогая Клара – принцесса Обреченного города?
Сердце подпрыгивает к горлу и колотится там как ненормальное. Я приклеиваюсь взглядом к тарелке.
Илюзин пренебрежительно фыркает.
– Не смеши меня, милый Кастиен. Естественно, городу потребуется правитель фейри – лорд или леди. Я о том говорю, что ты можешь передать управление библиотекой одному из своих людей. Самому тебе необязательно торчать здесь все время.
Принц тихо смеется, качая головой.
– Боюсь, не получится. Видишь ли, я им нужен. Даже мои храбрые библиотекари не способны решить некоторые проблемы в одиночку.
– Так ты что,
– Если я остановлюсь, Веспра погрузится в хаос.
– Так пусть погрузится! У Лодирхала есть на этот случай защитная мера – он просто отрежет остров, и пусть тот болтается в водах Хинтера. Пусть Веспра со всеми ее рейфами навсегда затеряется в Великих Просторах.
– Вместе со всеми ее жителями?
– Троллями, – вскидывает голову Илюзин. – Да им без разницы. Просто примут свое каменное состояние, и все.