Плененная полностью

– Кошмары проникают даже в камень. – Голос принца зловеще мягок.

– Тебя это не должно волновать. Это же обычные тролли.

Принц ничего не отвечает. Он поднимается, берет свой бокал и идет к балюстраде с видом на город. Но я успеваю заметить выражение его лица. Или нет? Он слишком быстро поворачивается спиной, поэтому я не вполне уверена в увиденном.

Илюзин наблюдает за ним, помешивая напиток в бокале и время от времени пригубляя его. В конце концов она ставит бокал на стол, встает и с обольстительной грацией идет к принцу.

Я опускаю голову, стараясь не подслушивать их разговор, но ясный и звонкий голос принцессы невозможно не слышать.

– Кастиен, – кладет она ладонь на его руку. – Ты ведь знаешь, что я говорю тебе все это, потому что переживаю. Я верю: Аурелис нуждается в тебе. Ты – его будущее. Не Эстрильда. Не Ивор. А ты.

– Вместе с тобой? – Принц обращает на нее холодный взгляд. – Поговорим без обиняков, Илюзин? Между троном твоей матери и тобой стоят одиннадцать сестер. Со мной ты видишь себя королевой. Я прав?

– Вовсе нет, – расплывается она в кошачьей улыбке. – Я могла бы выйти замуж за Ивора.

У меня екает сердце и перехватывает дыхание. Не хочу здесь быть. Не хочу! Я озираюсь, думая, как бы сбежать.

В тишине раздается мрачный смех принца.

– Боюсь, тебе пришлось бы потягаться с Эстрильдой, пожелай ты заполучить трон таким образом.

– Она мне не соперница. – Илюзин берет ладонь принца и кладет ее себе на грудь – там, где сердце. Она не отрываясь смотрит на него, и ее длинные ресницы трепещут словно крылья бабочки. – Если бы я хотела, то заполучила бы Ивора. Но я не хочу. Я хочу тебя, Кастиен. Боги знают почему! Я давно перестала задаваться этим вопросом. Я просто сердцем знаю: именно с тобой я хочу разделить трон, корону и королевство. Потому ты и должен потребовать провести Терновый обряд. Ради себя. Ради меня. И ради Аурелиса.

– И ради Веспры? – спрашивает принц.

– А Веспра пусть горит огнем! – Илюзин сближается с ним, почти касаясь его губ своими.

Мне пора.

Я отодвигаю стул и бесшумной тенью выскальзываю из-за стола. В ушах стучит пульс. Подобрав юбки, я чуть ли не бегом покидаю балкон, спеша укрыться в безопасном месте. Дверная ручка не поддается сразу, и, мысленно ругнувшись, я дергаю ее сильнее, ожидая в любое мгновение услышать приказ принца вернуться.

Щелчок. Дверь открывается, и я выскакиваю в коридор.

Здесь очень мрачно после света ламп и звезд на балконе. Плевать. Страшась выдать себя, прикрываю дверь, но не защелкиваю, чтобы она не издала ни звука. Я несусь прочь, спотыкаясь в темноте. Как же я хочу поскорее оказаться в своей комнате, залезть в постель и спрятать голову под подушку! Я не желаю думать о Веспре, оставленной в лапах рейфов и брошенной на произвол судьбы. Не желаю думать о Харе, Диге, Кальксе и Сис, которых не спасет от кошмаров даже обращение в камень. Не желаю думать о Нэлл, Микаэле и Андреасе, безнадежно пытающихся дать отпор нашествию кошмаров.

Борющихся. Терпящих неудачу. Погибающих один за другим.

А я? Буду ли я стоять бок о бок с ними? Смотреть в лицо ужасу без единой надежды на помощь?

– Дорогая!

Залитая светом единственного фонаря, висящего как раз над моей головой, я замираю, почти достигнув развилки коридора. Понимая, что нахожусь на виду, принимаю расслабленный вид.

– Принц. – Повернувшись, приседаю в неглубоком реверансе.

Он идет ко мне широким шагом. Поначалу я вижу лишь его движущуюся фигуру, но не лицо. Но потом он заходит в круг света, высокий и очень суровый. На нем серебристые одежды с красной отделкой, лоб венчает каменная корона. Таким величественным я вижу его редко. Воздух вокруг него пронизан легкой вибрацией чар фейри, и, хотя я понимаю, что все дело в этих чарах, при взгляде на него сердце ноет. Вот только…

На нем нет никаких чар. Больше нет. Они тают, как только он выходит на свет. Сейчас он просто человек. Или по большей части человек. Высокого роста, с узкими плечами и тонкой талией, густой копной черных волос и прекрасным мужественным лицом. Не идеальный, но до умопомрачения притягательный.

Принц смотрит на меня сверху вниз сияющими в свете фонаря глазами.

– Куда это ты собралась? – требовательно вопрошает он, скрещивая руки на груди.

– Прошу прощения, принц, – склоняю я голову, прикипев взглядом к алой вышивке на его груди. – Я устала. День был тяжелый.

– Охотно верю. Поутру ты не давала капитану Кхас выполнить ее работу, а днем, оскорбив хрорарков, носилась как сумасшедшая по Нижнему городу, после чего упала в обморок в моих руках. – Он с тихим смешком делает шаг ко мне. – Ты и впрямь упала в обморок в моих руках. Прямо как героиня романа.

Мои щеки обдает жаром. Я не знаю, что на это сказать.

На ум лишь приходит:

– Нехорошо заставлять гостью ждать, принц.

– Ты – моя гостья.

Я вскидываю на него взгляд.

– Меня обязали присутствовать на ужине, а не пригласили на него.

В глазах принца вспыхивает нечто, чему я не могу дать определения, но он быстро скрывает эмоции. Сделав еще один шаг, он сокращает и так небольшое расстояние между нами.

– Разве ты справедлива ко мне, дорогая Клара?