Гадёныш сумел исхитриться и стегнуть меня по спине. Рублю снова, вижу, как подогнулись суставчатые серые лапы и акробатическим кувырком ухожу в сторону от рванувшего на таран противника… Ну, не таким уж акробатическим, пришлось покататься по полу, чтобы не дать когтистому щупальцу пройтись по моей тушке критом, но, в конечном счёте, я вновь оказался на ногах и перешёл в наступление. В течение боя, треножник успел продемонстрировать ещё два приёма из своего богатого арсенала, а именно
Класс! Может быть, поработать, пока восстанавливается здоровье? Поплевав на руки, я взялся за кирку, как следует размахнулся и выбил ударом кучу каменной крошки, ослепив себя и потеряв 3 хитпойнта. М-да, без навыка можно даже и не пытаться. Жаль.
Возвратившись к подкопу, я продолжил двигаться в другом направлении и поочерёдно пробился через четверых треножников, потратив настоящую прорву времени, пота и нервов.
– Благодарю за спасение, – раздался откуда-то сбоку тихий вежливый голос. – И прошу прощения за доставленные неудобства.
– А?! – я зайцем отпрыгнул в сторону, полосуя воздух мечами. – Ты меня чуть заикой не сделал!
– Так получилось, – виновато улыбнулся одетый в рубище грязный старик, вылезая из-за обломка скалы. – Я слышал крики. Кто-то погиб?
– Да, один из людей Фергуса.
– Плохо, – он грустно покачал головой. – Последнее, чего я хотел, это забрать ещё одну жизнь.
– Ещё одну?
– А за что, по-твоему, меня посадили в башню?
– Сказать по правде, мне это до фонаря. Прошу, – я указал кончиком палаша на расчищенный от монстров проход.
– Если ты настаиваешь. Но прежде взгляни, я старый, больной человек. И за свои деяния уже заплатил с лихвой. Быть может, ты проявишь великодушие и…
– Помогу тебе выбраться? Ответь-ка, сначала, на пару моих вопросов.
– С удовольствием, – кажется, он, и правда, был рад немного пообщаться с живой душой.
– Тебя как зовут?
– Феофан.
– Меня, Ник. Ты знал, что тут есть пещера?
– Понятия не имел. Просто не привык сидеть сложа руки. Поначалу я жаждал выбраться на свободу, но с годами многое переосмыслил, и рытьё подкопа стало для меня чем-то наподобие хобби.
– Но от соблазна слинять ты, всё же, не удержался.
– А кто бы удержался на моём месте? – он слегка улыбнулся. – К сожалению, этот тоннель прямо-таки кишит треножниками. Мимо нескольких мне удалось проскользнуть, но потом страх окончательно сковал разум, и я спрятался, в надежде, что кто-нибудь придёт мне на выручку.
– А куда ты землю из подкопа девал?
– Это моя землежорка, – он достал из-за пазухи насекомое, размером с кулак, чем-то напоминавшее жука-рогача, и нежно провёл пальцем по хитиновой спинке. – Много лет назад один добрый друг сумел передать мне личинку. Так, потихонечку-полегонечку, мы и двигались.
– За что тебя посадили?
– За грехи прошлого. В своё время я перекупал чужие долги и… добивался их возвращения, – Феофан помрачнел. Воспоминания явно не доставляли ему особого удовольствия. – По нелепой случайности, я встал на пути человека, чьи связи оказались прочнее моих, и, таким образом, угодил в подземелье.
– Если ты проворачивал такие делишки, значит, наверное, сможешь меня отблагодарить?
– В этом не сомневайся. Такие люди, как я… как те, каким я когда-то был, всегда имеют запасы на чёрный день. Я готов передать тебе большую часть своих сбережений, точно не знаю, сколько, если поможешь мне выбраться на свободу. И, разумеется, я никогда больше не вернусь в Бостань.
– Хм, – я хотел, было, потереть подбородок, но вовремя спохватился и не отсёк себе кончик носа мечом. – Ничего не обещаю, местечко тут уж больно опасное, но давай посмотрим, что можно сделать.
– Спасибо, – он спрятал землежорку обратно в своё тряпьё и поднял на меня взгляд. – Только я не боец. В драке с треножниками на меня можешь не полагаться.
– Но лампу-то ты держать сможешь?
– Думаю, справлюсь.
Увы, судьба, в этот день была не на стороне Феофана. Убив ещё двух треножников, мы добрались до огромной, залитой мраком, пещеры, в самом начале которой нас встретили сразу три монстра. Они стояли совсем близко друг к другу, на расстоянии метра-двух, и одному разработчику было ведомо, сколько ещё этих табуреток таится там, в темноте. Уверен, будь у меня скрытность повыше, я смог бы мимо них проскользнуть, но что толку? Вряд ли получится красться, таща старика на закорках.
