Покинув свой наблюдательный пункт, я снял куртку с кольчугой и напялил вместо них латы, второй раз подивившись волшебной скорости, с которой проворачивался этот фокус в игре. Пять секунд времени – и ни единой застёжки не звякнуло, на чём и строился мой расчёт. Попытался пройтись немного, и броня охотно откликнулась какофонией характерных звуков. То ремешок кожаный скрипнет, то бармица наплечник заденет… Уложив нагрудник обратно в инвентарь, я отправил туда же кольчугу, заблаговременно снял кожаные перчатки, чтоб потом не мешались, подготовил верёвочную петлю и занялся менеджментом поясных ячеек. В первую поместил ножны с Волчьим укусом, предварительно обработав клинок разжижителем, во вторую – усиленную лечилку, а в третью – свиток телепорта к Хадарту, на случай, если всё пойдёт не по плану. Далее я обошёл городище лесом. Девственно чистым, что и не удивительно, грамлы ведь постоянно его прочёсывают. Подобравшись к заранее намеченному участку стены, я выпил раствор стальных вен, чтобы уж совсем по максимуму подготовиться, и, зацепившись верёвкой за один из кольев, перелез на ту сторону. Практика у меня имелась, так что, на этот раз, я отделался всего двумя неглубокими ранами на бедре, и даже вполне по-человечески приземлился. Дальше юрким хорьком, от одного вигвама к другому, прямиком к задней стене шаманской обители. Чувствуя себя спецагентом в дешёвом боевике, скидываю наземь мешок и начинаю спешно разоблачаться, замещая кожаные элементы брони добрым железом. Нагрудник, набедренники, сапоги…
– Кри-и-и! – заметившая меня грамлиха выронила корзину с кокосами и нырнула обратно в своё жилище. За пращой, наверное.
Под нарастающий стук крови в ушах натягиваю перчатки, выхватываю из мешка меч Сагуру и, закинув его на спину, оббегаю вигвам по кругу, на ходу доставая из ножен Волчий укус.
От ужасающего по своей мощи удара голова выскочившего мне навстречу врага раскололась надвое. Брызнула зелёная кровь с ошмётками мозга, а я уже рубил следующего колдуна. Третий, видя такую картину, прошмыгнул у меня под мышкой и понёсся под прикрытие сбегающихся со всех сторон соплеменников. Я же, закончив своё грязное дело, ломанулся внутрь вигвама и налетел на четвёртого служителя культа.
– Кист! – выкрикиваю я в сторону последнего колдунишки, сбивая тому волшебный речитатив.
Добиваю подранка и бегу на ошеломлённого, а следом за мной уже врывается толпа с копьями и дубинами. Впрочем, это они сделали зря. Пока я кромсал шамана, все их удары без толку отлетали от моей железной спины, а потом я развернулся и устроил кровавую баню у самого кораллового тотема. Видя, как самые храбрые валятся под моими ударами, самые сообразительные устремились обратно, устроив давку с напирающими снаружи собратьями. Я продолжаю работать беспощадной газонокосилкой до тех самых пор, пока последняя зелёная задница не покидает вигвам, и бросаюсь следом, даже не выпив предварительно зелье лечения. Не тот урон получил. У входа меня встречает сам вождь в окружении уцелевших воинов, с флангов летят подарки от пращниц, а глубоко в тылу прячется единственный оставшийся шаман, который, по счастью, выбирает своей мишенью не меня, а своего повелителя. Какие, конкретно, бонусы дарует тому желтоватая аура, сказать трудно, но наносимые мной порезы затягиваются, прямо-таки, на глазах.
Зараза, как же тебя прибить?! Разжижитель с моих мечей стёрся ещё в вигваме, так что о запредельном уроне можно забыть, а сосредоточить все силы на бешено вращающем дубиной вожде мне не дают остальные. Только обойдёшь их вниманием, как тут же бросаются со всех сторон, пытаясь, если не навредить, то хотя бы замедлить мои движения, облепив руки и спутав ноги. А в остальном, лепота. Камни стучат по шлему, выбивая максимум по единичке-двойке урона, враги постепенно кончаются…
