В указанное время охранники повели меня дорогой отличной от той, что мы следовали прошлым вечером. Петляя между просторными светлыми залами вышли на большую террасу. За небольшим круглым столом уже сидел мой новый знакомый, имя которого я, до сих пор не знала. Он пролистывал длинными смуглыми пальцами ленту в планшете, не обращая внимания на мир вокруг. Перед ним стояло большое блюдо с рисом и мясом, лепешка, нарезанные овощи и ещё несколько блюд с мясом.
— Садись, — снова как и вчера приказал он, не поднимая головы.
Слушаясь села напротив, позволив себе осмотреть его внешний вид. Серый деловой костюм, белая рубашка с золотыми запонками. Никакой традиционной одежды, как и никакой пошлости кричащей о его деньгах. Он выглядел как обычный бизнесмен. Но положение тела мужчины, манера держать себя все выдавало человека привыкшего к подчинению. Вокруг таких людей даже воздух наэлектризован так сильно, словно намереваясь тебя подчинить себе.
— Как прошла ночь? — спросил, одновременно набирая сообщение на планшете.
— Тревожно, — не стала лгать.
— Для этого есть веские причины?
— Я бы сформулировал фразу иным образом.
— И как же? — он отложил планшет в сторону.
Перед мужчиной тут же появилась пустая тарелка, куда женщина быстро положила еды из большого блюда. А затем сделала все то же самое для меня.
— У меня нет веских причин для спокойного сна.
Господин слегка изогнул губы в ухмылке.
— Что же тебя беспокоит? — взял руками рис и положил себе в рот.
— Ты например, — игнорировала еду перед собой. Как я могла есть, когда совершенно не понимала, что именно здесь происходит.
— Я? — притворно приподнял брови, смотря прямо мне в глаза. — По-подробнее, пожалуйста.
— Я не знаю кто ты и зачем я здесь, — хотелось невольно сжаться под его взглядом, но я лишь сильнее выпрямилась в кресле и не прерывала зрительного контакта.
— М-м-м, — протянул он, отправляя в рот следующую порцию еды. — Что именно ты хочешь знать обо мне?
— Для начала услышать имя человека, который может себе позволить покупать живых людей на аукционе.
— Имя говоришь, — снова усмехнулся он.
Меня злило его поведение. Казалось, этого господина забавляет моя растерянность и попытки прояснить ситуацию. Словно перед ним сидел не человек, а животное из зоопарка.
— А для чего тебе мое имя? Хочешь называть меня им? Будто мы с тобой друзья, м-м-м? — взгляд стал тяжелее и я опустила глаза к столу.
— Я имею право знать где нахожусь и для чего именно! — снова посмотрела на него, решив не сдаваться и разъяснить ситуацию раз и навсегда.
Несколько мгновений он внимательно изучал меня, а затем рассмеялся в голос. И тут я почувствовала себя не то что зверьком в клетке, а ничтожной букашкой, которую в любое мгновение может раздавить огромный ботинок.
— Права! — воскликнул он, перестав смеяться. — Ты серьезно считаешь, что у тебя могут быть здесь какие-то права? — схватил салфетку вытирая губы и руки.
— Осмотрись, Ануд! Ты — моя вещь! Людей с правами не передают из рук в руки и не продают на базаре. Очнись, девочка. Неужели ты считала, что попала в восточную сказку где могущественный и богатый принц спасет тебя от проституции? Нет, — швырнул салфетку на стол так, что зазвенела посуда. — Ты здесь для моего удовольствия. И неважно, захочу я просто развлечься разговором с тобой или же использовать твое тело. Ты будешь делать все, что сказано или пойдешь дальше с молотка.
Ушат словесных помоев, вылитый на меня, смердел как и человек обрушивший его. Оцепеневшая от шока, смотрела на это существо, осмеливавшееся называть себя мужчиной и видела вместо его лощеного облика, прогнившее нутро. Ступор моментально сменился гневом, прокатившимся обжигающей волной по телу. Рука дернулась, чтобы ответить ему пощечиной, но вовремя одернув себя, сжала платье в кулак, впиваясь ногтями сквозь материю себе в ладони.
— Ну так что, Ануд? Надеюсь с правами мы разобрались?
— Зачем тогда ты вообще задаешь вопросы, если желаешь услышать в ответ только "да, господин"? Или это твой извращенный способ поиздеваться?
— Почему же. Мне кажется тебе есть, что рассказать и ты интересный собеседник.
— Видно у тебя очень счастливая жизнь, раз покупаешь себе собеседников на аукционе.
— Не старайся задеть меня, девочка. Но если продолжишь кусаться, то не думаю, что будешь рада моей злости.
— Что? Изобьешь меня? Изнасилуешь? — нервно рассмеялась.
— Мне не нужно насиловать женщин, чтобы получить секс, — оторвал кусок лепешки, заворачивая в нее мясо. — Ты кушай, кушай.
— Спасибо, я не голодна, — по-прежнему не могла даже думать о еде. В голове крутилась тысяча мыслей и столько же вопросов на которые мне нужны были ответы. — Значит, ты просто хочешь разговаривать со мной?
— На данном этапе, да.
Такой ответ не успокаивал. Сколько продлится этот этап? И что будет включать в себя следующий?
— О чем? — где-то должен скрываться подвох и лучше как можно скорее его найти.
— Обо всем. Расскажи мне о своей работе. Почему выбрала именно журналистику?
