— Нет. И ты прекрасно понимаешь, что независимо от того знают или нет, они пустят меня как расходный материал, при необходимости. Как и тебя, как и любого другого чужака.
Мне нечего было возразить на это. Неизбежность гибели висела надо мной с того самого момента как я перешагнул трап самолёта. Моей задачей было выйти на след Пчелки прежде, чем собратья используют меня в качестве вторсырья.
— Что ты собираешься делать? Попытается вернуться домой?
— Дорога домой нам закрыта, брат. Если ты попал сюда, то у тебя один путь, — он указал пальцем вверх. — Меня из плена — то вытащили, лишь потому что там были не только воины Аллаха, но и нужный им в войне человек.
Его откровения сильно озадачили меня. Как выяснилось, подозревать о чем-то, оказалось не тем же самым, что знать наверняка.
Видимо моё смятение отразилось на лице:
— Не такой ты себе представлял праведную борьбу? — потрескавшиеся губы изогнулись в горькой улыбке.
Я ничего не ответил, устремив взгляд в багровое небо.
— Неужели никто и никогда не покидал лагерь добровольно?
— Лишь к Аллаху, брат. Только к нему.
— А женщины? Ты говорил о надругательствах над женщинами. Я ничего подобного не видел.
— Тебя пока что проверяют, испытывают. Если пройдёшь проверку, то окунешься в святую войну с головой. Ты ведь за этим ехал сюда? Карать неверных?
Весь этот разговор внезапно стал настолько острым, что хотелось зажмуриться и отмотать все обратно, повернув тему в необходимую мне сторону и не впитывать в себя информацию, способную добавить дополнительной тревоги.
— Был ли кто-то на базе еще из твоих земляков?
Он помотал головой, потерев подбородок.
— Была одна девочка пленница, около года назад. Мне не удалось с ней поговорить.
— Как тогда понял, что она русская? — сердце запнулось. Перед глазами тут же появились имена из Пчелкиного списка.
Он замолчал на мгновение собираясь с мыслями. Видно эта тема оказалась для него особенно болезненной.
— Я видел как двое парней тащили из машину русую светлоглазую девочку. Даже находясь в десятке метров от них видел её невменяемый взгляд. Она смотрела на все остекленевшими глазами и постоянно твердила «помогите» по — русски. Я спросил ребят куда они ее ведут и почему она в таком состоянии. Ответили, что поймали блудницу, она оказалась буйной и поэтому ей дали успокоительных. Тогда я еще верил всему в чем меня убеждали. Лишь позже понял истинную причину ее состояния.
— Она была под наркотиками? — гнев растекался по венам, стоило представить эту картину.
— Да. Так проще справляться с непокорными.
— Что с ней стало?
— Не знаю, брат. Сам задаюсь этим вопросом и не могу убедить себя в ее благополучии.
Во рту пересохло. Хотелось вдохнуть воздух полной грудью, но все еще горячий воздух лишь усиливал жажду. Рой мыслей в голове нещадно жалил друг друга, а я не знал как поймать хотя бы одну из них, способную дать мне хотя бы крохотную подсказку.
Из здания вышел человек крикнув что-то моему собеседнику. Он неспешно поднялся со скамейки и направился в штаб.
— Как тебя зовут? — обернулся к нему, прокричав в догонку.
— Амир! А тебя?
— Теперь я Махди!
— До встречи, Махди! — улыбнулся он, перешагивая порог штаба.
Встреча с Господином не выходила у меня из головы. С той самой минуты как я покинула его спальню, в мыслях беспрерывно проигрывался наш разговор. Он оставил меня в смятении. Из знакомства с этим человеком я поняла, что он обладает могущественными связями. Обычный бизнесмен не смог бы разузнать обо мне все да ещё и с такими подробностями. Этот момент особенно беспокоил меня.
Мысленно задавалась вопросом, кто же из моего окружения решил поделиться такой интимной информацией обо мне? Сделано ли это добровольно или за деньги? А может быть под угрозой смерти? Ни один из возможных ответов не давал успокоения. Если у этого мужчины настолько длинные руки, что смогли дотянуться до моего дома, то мечтать о побеге как минимум наивно.
И другой вопрос сильно волновал меня: что ему нужно? Если бы он хотел меня лишь как сексуальную игрушку, то почему не воспользовался ситуацией у себя в спальне? И зачем тогда ему узнавать детали моей жизни?
Как бы я не ломала голову, не могла получить ответ ни на один из вопросов. Казалось бы, радуйся, что не случилось ничего ужасного, выдохни и просто живи до следующей встречи. Ведь все равно только так можно будет получить шанс на ответы. Но теперь я находилась в ещё большем напряжении, поскольку не понимала к чему нужно быть готовой во время новой встречи.
На следующий день после знакомства с «господином", после завтрака моя постоянная гостья оставила распоряжение быть готовой к обеденному времени. Готовность означала свежепринятый душ, и новый наряд — розовая абая и никаб.
