- Но такой симпатичный! Просто лапочка. Смотри, - показывает фото. - Такое тело у него. Я бы сходила с ним на свидание, но ночевать у меня... Это же слишком? Я права?
- Максимально слишком.
- С другой стороны, номера в сезон на море стоят так дорого. Может, мне найти ему комнату? Я могла бы оплатить, кстати, половину.
- Меня он немного пугает напором. И почему мужики думают, что девушки должны соглашаться и бежать по первому зову? Где ухаживания? Где настойчивость?! Показала характер? Следующая!
- И я о том же!
- Да потому что на свете есть уйма девчонок красивее и интереснее вас, - стреляет пробегающая мимо Светлана.
Мы с Надей замолкаем, провожаем ее мрачным взглядом и произносим хором полушепотом:
- Гадина.
***
Гадина весь день как на крыльях летает. Я допустила ошибку, ярко отреагировав на ее подкол. Таким, как Светлана нельзя показывать, где болит. Надавит.
За обедом она взахлеб рассказывает, какую красивую девочку в этот раз с побережья привез Алтай. И что губы у нее как у Джоли, а глаза голубые как небо. Самый красивый цвет глаз — это голубой, оказывается, и никакие карие с ним не сравнятся. И что фигура — сказка, наверное, она много спортом занимается. Они с Анатолием и Надей начинают обсуждать бывших Алтая — какая кому больше понравилась.
Сплетники.
Это же надо так увлекаться чужой личной жизнью, особенно жизнью босса. Лучше бы своей занялись. Хотя, признаться, я даже немного завидую: если бы у меня не было столько собственных проблем, возможно, я тоже мечтала бы обсуждать чужое белье. Но у меня ни времени на это, ни сил. Единственная моя мечта — оказаться в безопасности. В идеале — вернуться в университет.
Мужчины только добавляют проблем. Вот взять хотя бы моего отца. Лиза с дочерьми в безопасности в Испании, но, наверное, ей нелегко осознавать, что столько людей доверили свои сбережения ее мужу и остались ни с чем. Причем это были их близкие, друзья. Ей пришлось оставить дом, привычную жизнь.
Отчего-то так серо на душе, что словами не описать. И снова хочется плакать.
***
- Рада, заинька моя! — сладко окликает Светлана, и я напрягаюсь. — Сходи к боссу, там кто-то стакан разбил. Прости, это срочно.
Светлана, сияя, пролетает мимо, словно у нее жизнь — сплошной праздник. Какая же она иногда неприятная.
- К боссу? О нет, я занята, пусть Надя сходит.
- Нотариус — это твоя ответственность, сама разместила ее, сама и отрабатывай!
- Бла-бла-бла, - бурчу я, и, прихватив пылесос, отправляюсь.
Кира встречает у калитки.
- Тоже соскучилась? - усмехаюсь я, прикладывая магнитный ключ к замку.
Славная девочка виляет хвостом от нетерпения, а едва я захожу на ее территорию, льнет ко мне и встает на задние лапы. Приходится сделать усилие, чтобы потрепать ее как следует и не упасть.
- Ты чудесная, самая чудесная собака на свете! Настоящая леди! Как я буду по тебе скучать, когда мне придется уехать. Всем сердцем!
Кира носится вокруг меня, пока иду по тропинке к беседке.
Я уже готова морально. Честное слово. Это просто зависть. Ведь роскошь, дом мечты, богатства, холодное шампанское... Кто бы не позавидовал? Да, черная зависть. Но я с этим справлюсь.
Ладно.
Полдня я слушала дифирамбы гостье от Светланы, но видеть фигуристую красотку на лежаке всё равно оказалось больно. Особенно сейчас... О нет. Она загорает топлес.
Черт. Черт. Черт.
И это не шутка.
Сперва подумала, что показалось, но нет. Удобно лежит под зонтиком, читает что-то в телефоне. Это же было мое место.
Исса прогуливается на другом конце участка, с кем-то эмоционально говорит по телефону. Моя любимая Вероника загорает напротив, при моем появлении бросает в сторону блондинки взгляд и приподнимает брови. Бедный Виталик изо всех сил делает вид, что занят чтением книги.
Алтай плавает в бассейне, и это, честно говоря, удивляет даже больше, чем обнаженная гостья. Обычно он всё время работает, а в его бассейне отдыхают кто угодно, но только не он сам.
Я вежливо, но не слишком громко здороваюсь, а добравшись до беседки, включаю пылесос и принимаюсь за работу. Через пару минут ко мне подходит Вероника.
— Прости, милая, я такая неуклюжая! Это моя вина, — виновато говорит она, показывая на осколки.
— Да ничего, мне несложно убрать, — отвечаю я с легкой улыбкой.
Вероника склоняется ближе и тихо, только для меня, добавляет: — Я утром познакомилась с самым главным здесь, — она кивает в сторону Алтая. — Фактурный мужчина. Запоминающийся.
Я киваю.
— Поблагодарила его за домик — он намного удобнее, чем наш вип-номер в соседнем отеле. Мы даже уже забронировали на август.
— Это прекрасно, — отвечаю, стараясь звучать нейтрально.
— И я ему говорю: какой у вас замечательный персонал. Особенно Рада — хрупкая девочка с глазами цвета шоколада и безупречными манерами. Какая славная и эффектная. Я-то это сказала, чтобы он тебе премию выписал.
Мои щеки начинают гореть.
- Спасибо, вы добры.
— А он, знаешь, что сказал? «Нестерпимо красивая девочка».
— Да-а? — тяну я, чувствуя, как огонь охватывает всё тело. Почему она так делает? Зачем смущает меня до невозможности? — Он так сказал?
