— Принято.
Как только первый танк поравнялся с холмом я активировал дистанционный взрыватель.
Яркая вспышка продолжительностью меньше секунды. Казалось, этот, несущий смерть, свет проник сквозь обшивку старого корабля. Не спасал даже зеркальный фильтр и зажмуренные глаза. К счастью, длилось это недолго.
— Всё? — недоумении спросил Шнайдер.
— Нет, — ответил я.
И в следующее мгновение на нас обрушился адский грохот взрыва.
Мой школьный учитель физики всегда любил повторять, что ядерная бомба ещё долго будут оставаться самым мощным оружием, изобретённым человечеством. Только не надо мне напоминать про водородную. Последняя — это таже ядерная, только сдобренная дейтеридом лития шесть.
Различные деструкторы реальности, кварковые аннигиляторы, коллапсарные генераторы и прочие порождения безудержного воображения так и остались уделом фантастики. Кое-какие надежды подавала антиматерия. Но с её применением не согласна экономика. Термояд на порядок дешевле, чем антивещество. Да и на голову противника его скидывать проще.
Потому и пользовалось человечество тем, что создало ещё несколько веков назад. Разве что заряды стали где-то помощнее, где-то компактнее, а средства доставки шустрее. Особо рьяно ядерные заряды применяли во время космических боёв. Попасть в посудину, несущуюся сквозь пространство чёрт знает с какой скоростью, и ускорением простой ракетой — та ещё задача. А вот если рядом рвануть ядрён бомбу может получиться очень неплохо.
Одну из таких боеголовок мы и рванули на заводе. Вышло ярко, шумно, а за сопкой вырос ядерный гриб. Километра три или даже четыре высотой. Ножка чуть кривая. Грязно серая шляпка клубилась, расползаясь в стороны. Проработавший десятилетия завод превратился в пепел, а вместе с ним часть отрешённых. Надеюсь, большая их часть.
Шнайдер поёжился. Даже в «Цирконах» мы чувствовали себя неуютно. Несмотря на то, что скафандры давали хоть и не полную, но надёжную защиту от ионизирующего излучения.
— Зря переживаешь, — сказал я, — ветер северо-западный, радиоактивные осадки не предвидятся.
Мы стояли на одном из верхних ярусов сухогруза. Обшивка здесь зияла огромными, в человеческими рост, прорехами. Удобное место для наблюдения за происходящим. Часть свалки и дорога от завода видны, как на ладони.
— Всё равно не по себе. Атомное оружие, оно всегда вызывает какой-то потусторонний инфернальный страх. Словно ты открываешь дверь, за которой уже не будет ничего. Только ад.
Я пожал плечами:
— Какая разница, от чего ты умрёшь. Смерть, она везде одинаковая. Грязная, мерзкая шлюха.
— Да ты философ, — усмехнулся Шнайдер.
— Забей, — отмахнулся я.
Сейчас же меня больше интересовал другой вопрос. Сколько там, за холмом, выживших? Колонна отрешённых слишком вытянулась, чтобы взрывом накрыло всех. Они направлялись куда-то на север. Случайно не туда же, куда уехали наши ребята?
Радиоактивный гриб медленно начал сползать на юго-восток. Облако оседало на землю, неся всем её обитателям только боль и смерть. Снизился уровень ионизирующего излучения в эпицентре. Пылающая жаром поверхность медленно остывала.
«Гости» не заставили себя долго ждать.
Они появились из-за холма, только с другой стороны. Два «Мамонта» настороженно ползли друг рядом с другом. Озираясь по сторонам крупнокалиберными пушками, словно разыскивая, кого наказать за случившееся. Широкие гусеницы безжалостно крушили чёрные стволы корявых деревьев, перемалывая их в кашу вместе с фиолетовой листвой.
По образовавшейся просеке шли рядами по пять с тяжёлыми автоматами наперевес облачённые в броню пехотинцы. Грузовиков и лёгких танков нигде не было видно, видимо электромагнитный импульс сжёг им электронику. Будем надеяться, что это все, хотя и этого много.
— Два танка остались, — задумчиво сказал Шнайдер.
— Хорошо, что два. Справимся. Пехоту посчитал?
— Если это все, то почти пятьдесят. Патроны придётся беречь.
С патронами и вправду беда.
В шлеме раздался голос Дима:
— Это «Голиаф», приём.
— Как ты там, Дим? — спросил я.
— Вроде всё в норме. Защита от ЭМИ сработала штатно. Электроника цела, сейчас активирую все системы и к бою готов. Что там у вас?
— Два «Мамонта» и человек пятьдесят пехоты в броне, — ответил я.
— И всё?
— Надеюсь.
— Пусть тогда идут ко мне, патронов хватит на всех.
— Ты оптимист, — усмехнулся я.
Следующей на связь вышла Кира:
— Ребята, как вы там?
— В целом неплохо, — ответил я. — Ждём наших «приятелей».
— Много?
— Нам хватит.
— Глеб, ты как всегда.
— Кира, действуем по плану. У нас ничего особенного.
— Хорошо. Сейчас запущу дроны.
Отрешённым понадобилось почти двадцать минут прежде, чем они выбрались из леса и стали приближаться к баррикаде. К этому моменту Аврора завершала свой очередной оборот, и Гелиос потускнел, скрывшись за ионосферой Тейи. Небосвод вновь залило бордово-алое сияние. Мир превратился в филиал преисподней, словно ожидая грядущее пиршество смерти.