Казармы у столичных были удобные — то-то специальный проект, а не криво приспособленная старая крепость. По личной благоустроенной комнате каждому, уютная небольшая столовая и что-то вроде кубрика, где имелся, к удивлению Пашки, целый поставец с изрядным количеством разнообразного спиртного. Пашку очень заинтересовали настольные игры, да куда там… Его теребили расспросами, даже поесть не давали. А сами морских деликатесов навалили… Попытки себя подпоить Пашка пресек жёстко и категорически. Новые знакомые — это хорошо, но доверия к ним пока нет. Да и не будет, пожалуй. Хотя парни вроде неплохие. И на пиар-кампанию доходов с охраны караванов вроде как клюнули. Глядишь, и службу правильно понимать привыкнут.
А в это время, пока Павел Мартун наводил мосты с коллегами, в одной из гостевых спален дворца, среди смятых простыней и вытрепанных подушек ссорились Серафима и Эрик. Предметом спора были подарки. Взбалмошная землянка отказывалась их принимать. Сначала был отвергнут милый особнячок поблизости от дворцового комплекса (очень престижный район). Потом была попытка всучить Симе аналогичный домик уже в Восточном. Драгоценности несносная землянка с удовольствием рассмотрела, полюбовалась искусной огранкой, а потом, потеряв к блестяшкам всякий интерес, смахнула с подушки в сторонку. Куда их носить? По балам шляться работающей женщине некогда. Переселиться в покои венценосного возлюбленного? Дура она, что ли? Свобода дороже. И вообще, уж лучше вы к нам. Деньги? Ладно, деньги Серафима возьмет. Мало ли: помощь кому-либо срочно понадобится. Пусть будут на чёрный день. А на жизнь мы и сами себе заработаем. Вот станет нас, землян, побольше, так и аристократам вашим нос утрём. Слушать подобные речи Эрику крепко не нравилось. Эта женщина сводила его с ума своим норовом, сильным телом и совершенно безбашенным темпераментом. Она его хотела! Хотела истово! Хотела только его, Эрика! Его вкус, запах, вес, прохладу волос, жар кожи… Что больше всего удивляло… Нет, не так. Обескураживало. Она хотела отдаваться, а не брать. И отдавалась. Самозабвенно. Она была ласкова и покорна, и при этом умудрилась выжать сильного оголодавшего самца досуха за каких-то три часа. Это мага, который может стимулировать свое тело почти бесконечно.
И теперь она не хотела принимать подарки. Впрочем, один маленький подарочек она, пожалуй, примет, не устоит.
— Держи.
Серафима вяло приняла какую-то бумажульку, внутренне готовясь взорваться протестами. На бумажульке был адрес какой-то таверны под названием «Бездонная кружка».
— Ты хочешь подарить мне кабак?
— А ты примешь? — фырканье было ему ответом. — Просто сходите туда ради любопытства. Я поднапряг своих служивых. Кажется, они нашли вашего земляка.
Сима пару секунд помедлила, а потом обвилась вокруг своего венценосного (у каждого свои недостатки) с тактильными благодарностями. Надо же. В королевстве почти мятеж и полный дроздец, а он служивых напряг, чтобы ей приятное сделать.
Оля потихоньку просыпалась И так это было по кайфу! Прямо как в юности — летняя сессия уже сдана, и даже сопромат удалось проскочить вполне достойно. А впереди ещё целых три дня из пяти, которые довольный папка отрядил умнице дочке на «побалбесить». Можно спать хоть до обеда, и мама слова против отца не скажет, и на прополку километровых гряд не погонит, и трёх зловреднючих коз обихаживать не заставит. Оля даже разулыбалась в полусне. Ещё бы лучик солнечный, от которого всегда приходилось прятаться по утрам, и можно поверить, что вернулась в юность, в родительский дом. Эх, до чего же хорошо! Потягушки получились такими сладкими, что даже мурашки по плечам и лодыжкам побежали. Серые глаза открылись… Но увидели не скошенный белёный потолок в девичьей комнате под крышей, а высоченный свод, по которому серебрились едва заметные руны. Вспомнилось всё разом, как будто из парной выскочила и ведро холодной воды себе на голову вывернула. Не сказать, что это взрывное осознание так уж расстроило. Отнюдь. Просто жалко было того светлого юного настроения.
— Госпожа Вадуд, — незнакомый мужской голос прервал самоанализ с заныриванием «в глыбь себя». — Поздравляю вас с успешным завершением ритуала. Все получилось просто идеально.
От неожиданности Ольга резко села на своем ложе. Мягкое покрывало соскользнуло, и она осознала себя голой. Мужчина в дворцовом кителе характерного для медикусов зелёного цвета, резко отвернулся, а Ольга торопливо потянула на себя покрывало. Не то чтобы она сильно застеснялась — медикус же. Просто рефлекторно.
— Вы сможете встать самостоятельно, госпожа, или позвать служанку?
Оля повела плечами, разминаясь. С некоторым усилием согнула в коленях основательно затёкшие ноги. Прислушалась к ощущениям.
— Пожалуй, справлюсь сама, — настырная услужливость дворцовых горничных её всегда смущала и раздражала. Нормальной советской девочке было дико, что кто-то совсем посторонний забирает стирать ее трусики.
