— Хотел всё сам, так не возился бы так долго. Мало того, что ушёл без спросу, так ещё и в рискованный бой ввязался, — Эрик гневался, но в этом гневе была тревога за друга. — И не смей обижаться! Это не только твоё дело! Ольга член королевского рода. Мы должны были взять свою виру. Она не просто твоя женщина, Рэм. Она человек короны. Мой человек.
Раим Угрюмович с сожалением смотрел на тела молодых мужчин. В честной драке гибли не все, были просто раненые. А теперь… Он хорошо знал семью Кранцев. Она была немногочисленной. До четвертого колена — только звучит грозно, а по сути, действительно кровных родственников и десятка бы не набралось. Это считая детей, которых Раим и трогать бы не стал, не смог бы. Остальные — боковые ветви или работники, принятые в клан по договору. И теперь из-за приказа идиота, который считал себя вождём, сложили голову молодые сильные воины, а кто-то даже был одарённым. Род остался практически без защиты.
— Ты нужен Ольге, друг мой. Мы уходим, — Шенол встревоженно вгляделся в лицо венценосного наперсника. — Не дёргайся, всё с ней хорошо. Но тебе лучше побыть рядом.
— А как же здесь? — Пашка не смог толком сформулировать своё удивление, но его поняли. Величество даже снизошёл до объяснений.
— Пришлю гвардейцев, приберут. Не думаешь же ты, что я буду возиться с трупами? Заодно охрану поместья наладят и успокоят уцелевших. Драчка кланов за владения сгинувшего рода нам не нужна. В королевстве и так неспокойно.
— А эта сучка Ууна? — набрался нахальства Пашка. Чего же не спросить, если отвечают.
Эрик задумчиво ухватил себя за волевой подбородок.
— Если выжила, то её доставят в столицу. Но это уже не ваш вопрос. Забудьте о ней.
— Если выжила? — уточнил лавэ.
— Она вон за тем окошечком стояла, наблюдала. Теперь не стоит. Если выжила — не повезло. Будет казнь. Время компромиссов прошло. Всё. Уходим!
Эрик решительно направился к ожидающему в сторонке Прану.
В столице пути Павла и Раима разошлись. Пашка, как младший по званию, повел шипастых сослуживцев к местам квартирования, а старшие устремились в ритуальный покой с алтарём к Ольге. Только через несколько дней парню расскажут, что и как там происходило…
Ольга, укрытая до ключиц покрывалом, выглядела безмятежно спящей. Алтарный камень тускло мерцал, сообщая о том, что артефакт исправно функционирует, и это успокаивало. От творившейся магии вставали волоски на руках, а кожу приятно покалывало. Хорошая магия, добрая.
Раим вглядывался в любимое, до мелочей знакомое лицо, и то, что он видел, ему нравилось. За короткие часы его отсутствия никаких резких изменений не случилось. Появился приятный румянец. Заострившиеся было скулы прикрылись покруглевшими щёчками. Исчезла тревожная складка меж бровей, а морщинки у глаз стали вроде как потоньше. Даже болезненно худенькие Олины плечи, видимые из-под покрывала, уже не вызывали прежнего жалостливого сочувствия — на них, казалось, чуточку прибавилось плоти.
Под тонкими веками Ольги немного сместились зрачки, как будто она перевела взгляд. Разве можно было удержаться и не заглянуть в эти грёзы? Ольга никогда не закрывала от Рэма свой разум. Не обидится и сейчас. Хотя тревога всё же присутствовала. Он немного страшился, что в этом счастливом сне Ольга видит свою прошлую земную жизнь. Но нет. Чаще всего в видениях мелькало его лицо. Усталое. Озабоченное. Хмурое. Нежное. То и дело проскакивал образ развеселой Тыри. Серафима в лучах солнца. Золотая шельма на фоне чернеющей пустоты. Шкодливый Павел и сердитый Жех. Снова золотая шельма. И опять он — Раим. Снова и снова.
Опуститься на колени, найти под покрывалом тёплую руку оказалось вдруг жизненно важным. Коснуться тонкой кожи губами помешали боевые щиты, и Раим не задумываясь их сдёрнул, как делал это всегда, когда оставался со своей Олюшкой в тишине спальни. Что могло ему здесь угрожать? В этот миг весь мир сосредоточился для него в тихом биении жилки на тонком запястье. Знакомые шаги Эрика совсем не мешали.
А потом в затылке что-то взорвалось.
Величество номер два деловито убрал клинок в потайные ножны. Только что он приложил своего друга и наставника рукояткой кинжала по затылку. Силу пришлось тщательно дозировать: Рэм почему-то оказался без щитов. Эх, знать бы… Можно было бы без членовредительства обойтись. Медикусы и так усыпили бы без труда. Теперь остаётся надеяться, что рано или поздно Эрик будет прощён за самоуправство, потому что другого способа позаботиться о старом верном друге братья не придумали. Раим, в пику матери давно и упорно отказывался от омоложения. В принципе, правильно: до дряхлости сильному тренированному телу далеко. Слишком велика была вероятность, что не в меру принципиальный наставник снова заупрямится и не примет заботу братьев. Раим нужен трону молодым и красивым. Подданные должны видеть, что корона умеет быть благодарной. Да и Ольге хотелось сделать приятно, чего уж там.
