Из-за этой неземной красоты мужчины не сразу заметили Ольгу. С ее прической Сима мудрить не стала, просто приладила с помошью Юрны Олину платиновую сережку, ту самую, одинокую, которая еще из дома. Тем самым подчеркнула и визуально удлинила фирменный острый клин. Серебристые цепочки с капельками бусинок-дождинок почти сливались со струями холодной стали волос, но иногда очень привлекательно посверкивали, добавляя строгой прическе праздничности. А наряд… А что наряд? Надели серо-жемчужное полотнище с дырой под голову, да обмотали какими-то шнурками, лентами и тесемками. И оказалось, что Ольга не стройная до худобы, а вполне аппетитная дама, одетая почти в королевские цвета. Серебро и кобальт. Обильная драпировка от талии и почти до шеи намекала на такие же обильные прелести, которых не было и в помине. Зато гордая спина оголялась ниже лопаток. Даже неискушенный зритель имел основания предположить, что под массой красивых складок дополнительные слои ткани отсутствуют. Оля похмыкала, оглядывая себя в зеркала, но смирилась с новаторством Серафимы. Наряд был очень красив и куда более скромен, чем платья на манекенах. Собственно, оголены были только руки и спина. Даже разрезы по бокам юбки скромно терялись в драпировке. Ножка в синей туфельке если и мелькала, то лишь при сильном развороте. Девочки очень постарались! И это с одной примеркой! Ольга внезапно обнаружила, что пока она воевала на ристалище, полотнище ее наряда обрело кайму из густой вышивки синим шелком. Не иначе, какой-то туалет моднявой старушки пострадал от энтузиазма двух красоток. А может быть, и не один, если судить по наряду Юрны и подозрительно обильным блескучкам на сандалиях Серафимы.
Воспоминания Ольги были так ярки и сочились таким удовольствием, что Эльзис, казалось, увидел всю картину ее глазами. Когда Ольга расслаблялась, ментальная «форточка» превращалась в окно! А еще до него, наконец, в полном объеме дошло то, о чем твердил Эрик. Образ мысли землян, подкрепленный возможностями магии, может дать совершенно потрясающие результаты, которые удивят и нрекдольцев, и самих землян. Величеству вдруг захотелось порадовать эту женщину. Тем более, что хотела она совсем немного — Раима, немного свободы, чтобы искать других соплеменников и поменьше королей в обыденной жизни. Со вторым надо будет помочь, это в интересах короны. С последним ничего не выйдет. Не в ближайшее время. Вляпались вы, госпожа землянка! А нечего было братцу Эрику правду матку в глаза резать, глядишь, и не заприметил бы. Ну, а с первым… Это нужно устроить как можно скорее, лучше прямо сегодня. Тем более, что старый верный друг тоже этого хочет. Удачно Эрик этот ритуал с приемом в род провернул. Теперь Ольга как бы не выше по статусу, чем сам Шенол, последний представитель независимого дома Шенолов.
Оля семенила, стараясь блюсти ритм, кланялась, проворачивалась вокруг своей оси, и вдруг двигаться стало некуда. Они дошли! Вот они, эти чертовы тронные ступеньки! Она смогла! Выдержала танцевальный марафон в шестьсот метров! Раим ей крепко задолжал! И коронованные брательники тоже! Отделаться бы от них поскорее! Дрогнула бусина-интуишка, намекая, что отделаться не светит, но Оля этого не заметила. Нужно было спасать Раима из лапок прелестницы Ууны.
Танец закончился. Вырваться из хватки королёныша номер раз с разбегу не удалось. Пришлось Ольге собирать все свое самообладание, делать лицо в стиле «улыбаемся и машем» и терпеть. Они с Эльзисом, как заглавная пара, должны были принять парад-алле всех танцующих пар. Вот нафига Ольге все эти чванливые особи обоих полов? Брр. Каждому улыбнись, каждому поклонись. Оля чувствовала себя чуточку Маргаритой на балу у Сатаны. А героический Эльзик умудрялся каждой паре пару фраз сказать, да не абы каких, а приятных именно этим интересантам. Так сказать, демонстрировал, что в курсе проблем подданных и со страшной силой им сопереживает. Некоторым, кстати, сопереживал совершенно искренне. А вот большинству… Ольга гадала, неужто все эти люди всерьез думают, что их проблемы интересны короне? Или все же догадываются о скрытом посыле: «Да-да, мы в курсе о глубине задницы, в которой ты сидишь; любопытно глянуть, как будешь вылезать. Если мы тебе позволим».
