- О мыслях?.. Какие, к черту, мысли? – слабо и жутко рассмеялся вдруг Юки, его лицо искривилось в гримасе страдания. – Хочешь знать, о чем я думаю? Вот она, правда: у меня нет права судить тебя и сил тоже нет. Я осознаю, что ты хочешь убить ее… но не могу возразить. А, быть может, мне уже наплевать… Я знаю только одно - ничто уже не вернет Ива. Ничто, черт возьми! – последние слова он прокричал, срывая голос.
- Юки…
- Не утешай меня, не надо! – он оттолкнул его руки от себя.
- Послушай меня! – Акутагава схватил его так, чтобы тот не смог отвернуться, и, приблизившись вплотную, порывисто зашептал: - Его больше нет. И я сам еще не до конца поверил в это… Но ведь мы с тобой, Юки, все еще здесь! Ты и я. И я люблю тебя.
Юки понадобилось несколько секунд, однако он все же перевел дыхание и ответил:
- Я тоже тебя люблю.
- Прошу тебя снова: дай мне слово, что не попытаешься умереть из-за проклятого чувства вины, - настойчиво прибавил Акутагава. - Я не хочу жить в постоянном страхе за тебя. Умоляю, Юки, пообещай мне!
В хаосе, царящем в душе Юки, напряглась какая-то протестующая струна:
- Пообещаю, если и ты пообещаешь мне кое-что, - проговорил он.
- Все, что угодно.
- Если я захочу уехать, ты не станешь меня останавливать.
Акутагава, не скрывая своего изумления, отпрянул:
- Уехать?
- Да.
Возникла минута гнетущего безмолвия.
- Правильно ли я понимаю: под «уехать» ты имеешь в виду «расстаться»?
- Нет! То есть… я не знаю.
Акутагава порывисто встал и начал расхаживать по спальне как загнанный зверь. Тем временем доставили завтрак, его лично принесла Фынцзу, желая похлопотать о Юки. Она накрыла столик для завтрака в постели и пододвинула к нему.
- Ты так похудел за последние дни! – озабоченно произнесла она, заставляя Юки взять в руки ложку. – Еще немного и вовсе превратишься в тень. Так что начинай есть, иначе я не уйду отсюда. Да, да, буду стоять у тебя над душой!
- Поешь. Это очень важно, - сказал Акутагава, прикуривая сигарету и отворачиваясь к окну.
С усилием Юки заставил себя проглатывать пищу, не замечая вкуса. На десерт Фынцзу поворчала на него, сетуя на его плохой аппетит. Акутагава все это время молчал и курил с отрешенным выражением лица. Юки было больно смотреть на него – он и сам не мог понять, почему сказал то, что сказал. Неужели в нем вспыхнула потребность разрушить остатки своего мира и убежать прочь от Акутагавы?..
- Акутагава, я… - начал было Юки, когда Фынцзу оставила их одних в спальне.
- Тебе не нужно беспокоиться о том, что я стану удерживать тебя силой подле себя, - перебил его Акутагава. Сев на перину он очень внимательно посмотрел на любимого. – Помнишь, ты вернулся ко мне после своего побега к Ваалгору? Я обещал тебе тогда, что отныне не сделаю ничего против твоей воли… Поэтому, если захочешь, то можешь уехать в любое время.
В глубине светло-карих глаз Акутагавы таилась боль - и все же он отпускал его. Струна в душе Юки дернулась, натянулась и - оборвалась. Ему стало мучительно стыдно за свой мимолетный панический умысел сбежать. Будто возможно сбежать от самого себя! После всего, чему он стал виной…
- Прости меня! Забудь, что я сказал! Я такой трус. Дурак и трус! Прости меня… - Юки подался вперед и, дрожа от смятения, обнял его. – Обещаю, я не попытаюсь убить себя. Я клянусь тебе! Я не брошу тебя, Акутагава. Не брошу…
Акуктагава погладил его по волосам, успокаивая и согревая лаской.
- Спасибо, - прерывисто произнес он.
В середине дня Акутагава оставил Угаки, чтобы появиться в офисе «Ниппон Тадасу».
- Много дел накопилось, я должен уделить им хотя бы немного внимания. Я вернусь около шести. А ты отдыхай, - сказал он, прощаясь с Юки. Тот кивнул с отстраненным видом, который продолжал тревожить Акутагаву. Он заглянул в его черные глаза и в очередной раз спросил: - Ты обещаешь, что все будет хорошо?
- Да. Не переживай, - Юки даже попытался выдавить из себя улыбку, дабы успокоить его.
Несмотря на обещание, данное ему, Акутагаву не оставлял страх, что Юки – стоит только ослабить бдительность – попытается покончить с собой. Однако продолжать контролировать каждый его шаг, после того как тот поклялся не совершать безрассудства, было бы жестоко. Вот поэтому Акутагава, вопреки своим переживаниям, оставил Юки в Угаки без присмотра. Он хотел показать, что доверяет его слову.
Вертолет скользил над Токио, совершая привычный маршрут. Новый глава службы безопасности, доселе служивший помощником Насты, сопровождал Акутагаву в полете, поминутно получая отчеты от агентов, обеспечивающих безопасность «Ниппон Тадасу» и прилегающих окрестностей. Акутагава, погруженный в невеселые думы, не сразу расслышал его:
- Господин Коеси, периметр оцеплен. Все под контролем.
Акутагава непонимающе посмотрел на него.
- Периметр находится под нашим контролем, - почтительно повторил тот. - Вы можем приземляться.
Хозяин слегка качнул головой, высказывая свое одобрение.
