– Не думайте, мистер Пинкс, – поднял руку Бишоп, – что Компания не ставит перед собой такую задачу. Кстати, Дэвид, как идет подготовка того парня?
– Отлично, – ответил Ферри. – Он даже не подозревает, как мы собираемся его использовать.
– Ли Освальд? – спросил Бишоп.
– Давайте без имен, пожалуйста, – Банистер махнул рукой и повернулся к Пинксу. – В любом случае, мы не отказываемся от вашего проекта. Просто надо немного подождать. А пока продолжайте исследования и будьте наготове.
– Мои исследования требуют проверки в ходе экспериментов, возможность провести которые я, видимо, никогда не получу, – Пинкс поднялся. – Думаю, нам с вами больше не о чем говорить.
– Не спешите, Пинкс, – Шоу поерзал в кресле. – Я только что назначил вас руководителем нашего филиала «Парминдекс» в Латинской Америке. На финансировании мы экономить не будем.
– Слабое утешение, – резюмировал Пинкс. Пересек кабинет, открыл дверь и вышел, не попрощавшись.
– И ведь не скажешь, что он не прав, – Бишоп уставился на опустевшее кресло. – Но главная проблема остается. Это Кеннеди.
– Мы разберемся с этим, вот увидите, – пообещал Ферри и, повысив голос, добавил: – Дайте нам пару месяцев. Вопрос будет решен.
– Проходите, проходите же, мои добрые монахи! – воскликнул граф де Монфор, протягивая руки. – Слыханное ли дело, чтобы два добрых брата покинули мой замок без даров?!
Эймерик даже немного испугался, – а вдруг граф захочет его обнять? И с опаской посмотрел на хозяина замка. Это был крупный мужчина с красным, довольно грубым лицом, черной окладистой бородой и длинными кудрявыми волосами. Под густыми бровями прятались маленькие черные глаза, искрившиеся иронией.
– Вижу здесь своего друга, отца Хасинто! – все так же громогласно продолжал граф. – Говорите же, падре, кого вы привели ко мне сегодня?
Эймерик оглядел богатые, расшитые золотом одежды графа, широкие рукава на подкладке, туфли с очень длинными загнутыми носами. Однако сам зал был далеко не таким роскошным, как предыдущий, и гораздо более мрачным. Несколько сундуков, ничем не инкрустированных, большой, но строгий стол из орехового дерева, пара кожаных стульев перед потухшим камином. Как будто обстановкой замка занимались два совершенно разных человека.
– Это отец Николас Эймерик, сеньор граф, – представил гостя отец Корона. – Великий инквизитор королевства Арагон, который прибыл в Кастр со своей миссией.
– Хорошо. Да, мне что-то такое говорили. Однако одет он как нищий, – граф затрясся от оглушительного хохота. Потом, едва сдерживаясь, добавил: – Прошу меня извинить. Я знаю, что это доминиканское платье. Просто я привык к бенедиктинцам Кастра, которые могут поспорить элегантностью с королем Франции, если он еще не покинул наш мир.
– У каждого ордена – свои традиции, – ответил Эймерик с каменным лицом.
– Да, понимаю, – граф подошел к столу. – Присаживайтесь, прошу вас. Я прикажу принести вино.
– Спасибо, не беспокойтесь, – отказался отец Корона.
– Ну что вы?! Монах без вина – как воин без оружия, – граф снова засмеялся, еще громче прежнего. – Разве я не прав?
– Вижу, духовенству этих земель не свойственно воздержание, – нахмурился Эймерик.
– Я бы не осмелился сказать подобное в присутствии отца Хасинто, который собирается стать святым, – улыбнулся граф. – Однако надо признать – привычки моей солдатни куда более невинны, чем у бравых монахов Кастра или епископа Лотрека, – с этими словами он повернулся к отцу Короне. – Он все еще развлекается с той хозяйкой таверны?
Монах смущенно махнул рукой.
– Я ведь говорил, – заключил граф, – чем старше человек становится, тем чаще ведет себя как свинья. Хорошо, что есть индульгенции, – он снова захохотал.
Непривыкший к подобным беседам – уж слишком они не соответствовали той жизни, которую он вел, – Эймерик пребывал в замешательстве. Но решил пока играть по чужим правилам, не переступая определенных границ.
– Пожалуй, я не откажусь от вина.
– Прекрасно, падре! Надеюсь, вы останетесь и на ужин. Он вас не разочарует.
– Спасибо, но в такую жару я предпочитаю вообще не ужинать. Однако попрошу вас дать мне ночлег на сегодняшнюю ночь, если это возможно.
– Разумеется. Для вас и отца Короны у меня всегда найдется место.
– К сожалению, – Эймерик бросил взгляд на собрата, – отец Корона должен передать в Кастр мои сообщения и вскоре уедет. Останусь только я.
– Как пожелаете, – граф поднялся, подошел к двери и что-то сказал одному из слуг. Потом вернулся к столу. – Вино подаст моя жена. Заодно познакомитесь, – он сел. – Раз вы приехали сюда из Кастра, а путь неблизкий, значит, намереваетесь сообщить мне нечто важное. Или просто хотели посмотреть, какой я есть?
На сей раз Эймерик не дал графу смутить себя неожиданным вопросом в лоб. Он уже понял, в какой манере тот привык вести разговор.
– Вы знаете, что в Кастре полно еретиков?
Отон де Монфор нахмурил брови. Медленно сжал кулак, не менее увесистый, чем большая булава.
