Когда отец разорвал объятья и похлопал сына по плечу, Коля заметил, что и в его глазах стояли слезы. Но Александр Юрьевич держался, чтобы не дать слабину, и, пожелав сыну удачной тренировки, удалился в свой кабинет. Николай проговорил тихое «спасибо» и направился в гостиную, где на полках стояли награды и коллекционные фигурки. Коля поставил Харламова к Михайлову и Петрову.
– Теперь вы снова в сборе. И все так, как должно быть.
Тренировка прошла быстро. Перед ее началом «Снежные Барсы» торжественно собрались в круг, поставив в центр Литвинова и Звягинцева. По традиции, если у кого-то из игроков был день рождения, сокомандники поздравляли именинника на льду, громко постукивая крюком клюшки. Коля, который до сих пор был под впечатлением от отцовского жеста, улыбался и благодарил каждого. В момент поздравления он искал взглядом Аню, но она так и не появилась ни к середине тренировки, ни к ее концу. Более того, за прошедшую половину дня Костенко не отправила ни одного сообщения, что показалось ему довольно-таки странным: Аня любила поболтать.
Когда Николай вышел из душевой, обернутый в синее махровое полотенце, в раздевалке никого не было. Он изумился оперативности «Барсов», с которой они сбежали с ледовой площадки, но не придал этому значения. Завтра вылет во Владивосток, а вечернюю тренировку Сергей Петрович отменил, потому Коля подумал, что сокомандники решили отдохнуть перед предстоящей дорогой. Все-таки путь к «Викингам» растягивался на двенадцать часов.
Телефон разразился коротким писком: пришло сообщение от Ани:
Уже через пять минут молодой человек завел мотор «мазерати» и вырулил с припорошенной снегом парковки.
В дороге Николай думал, что же за фотосъемка в сосновом лесу, на берегу заледеневшего озера, о которой вчера Аня не обмолвилась ни словом. В зимнюю пору девушки любили устраивать фотосессии, это неоспоримый факт, но чтобы ехать так далеко?
Пункт назначения находился примерно в 19–20 километрах от города или в получасе езды, при том, что дорожные и погодные условия приемлемы. Конец января выдался морозным и чересчур снежным. Снегопад не прекращался сутками, заваливая проезжую часть, пешеходные зоны, крыши многоэтажных домов и бизнес-центров. Даже сейчас, в послеобеденное время, уборочная техника продолжала разгребать снег. Дворники хаотично метались по стеклу, чтобы открыть обзор на дорогу, но уже не справлялись со своей задачей. Спасало только то, что рабочее время еще не закончилось и автомобилисты не перегружали дорогу.
По МКАД Николай уже ехал расслабленно: не было ни уборочной техники, ни светофоров, ни застрявшего общественного транспорта. Внутри теплилось пережитое чувство, когда Александр Юрьевич по-отцовски обнял его. До этого он считал, что между ним и отцом нельзя ничего исправить, даже уверял в этом свою девушку. Но ошибался. В нем зародилось желание простить Александра Юрьевича. И ему хотелось быстрее доехать до места назначения, чтобы поблагодарить Аню за то, что она сделала.
Свернув с трассы в хвойный лес, Коля замедлился, чтобы не наткнуться на опавшие и обломанные ветви высоких сосен. После углубления в лес его взгляду открылся большой черный дом из бруса с черепичной крышей. Из трубы валил дым: в доме затопили камин.
У крыльца стояла маленькая ель, а по другую сторону от нее лежала аккуратно сложенная стопка дров.
Николай притормозил и вышел из машины. Рядом никого не было, потому, насторожившись и оглядевшись по сторонам, Коля направился к домику. Стеклянная входная дверь была тонированной, поэтому, из любопытства заглянув внутрь, он ничего не увидел. Сперва Коля постучал (должен же там кто-то быть, раз в морозном воздухе вился серый дым), а затем опустил ручку. Дверь оказалась незапертой. Он переступил порог, повернул налево и оцепенел.
Ноги одеревенели и вросли в пол. На лице застыло непонимание, сменившееся удивлением. Второй раз за день он испытал море эмоций. Перед ним стояла вся команда, тренер и Аня. «Снежные Барсы» держали в руках нарисованные цветной краской плакаты с поздравлениями. Леша выстрелил из хлопушки. Блестящее радужное конфетти осело на деревянный пол, покрытый лаком. Вслед громыхнуло: «С днем рождения!», а затем и радостный гул сотряс стены.
Ошарашенный таким жестом, Николай улыбнулся. Он не знал, куда деваться от избытка внимания в его сторону. Когда он обвел команду взглядом, пазл в его голове сложился. Стало понятно, почему «Барсы» скоропалительно ретировались из раздевалки, почему Сергей Петрович задержал его на льду после тренировки и почему Аня не выходила до обеда на связь. Они готовили для него сюрприз. Первую настоящую вечеринку в честь дня рождения.
