По изменившемуся лицу Костенко Николай осознал, что все-таки задел ее. Аня резко вскочила с места, отбросив волосы назад, и пересела на два ряда вперед. Ее рука упала на плечо Ильина, который сидел перед ней. Этот жест заставил Петю обернуться и расплыться в улыбке.
– Петя, как ты смотришь на то, чтобы после тренировки сходить со мной в кафе? – не оборачиваясь, лепетала Костенко. Она ощущала на спине испепеляющий взгляд Литвинова.
– Зовешь меня на свидание? – флиртовал Ильин.
– Пока только на рабочую беседу. Хочу написать о тебе пост для сайта команды.
– Жаль, – грустно вздохнул Ильин. – А я уж понадеялся.
Аня обернулась в сторону Коли, который тут же опустил глаза и сделал вид, что читает книгу. Ухмыльнувшись, она ответила:
– Если ты не сторонишься каждого, кто пытается залезть тебе в душу, то можешь называть нашу встречу свиданием.
Заливистый смех Ани заглушил звук от скрежета Колиной челюсти. Он злился не только на нее, но и на себя.
Он не хотел, чтобы их общение завернуло в такое русло. Не жаждал, чтобы Костенко в отместку пошла на свидание с Ильиным. Не желал признавать, что эта ночь все же открыла первый замок в его неприступную крепость.
После изнурительной тренировки Николай поспешил отправиться домой. Усталость свалилась на него, а сон готов был настичь его в разгар вечера. Город осаждал сильный ливень, который не прекращался с того момента, как автобус «Снежных Барсов» пересек городскую черту. Небо заволокли серые тучи, а здания столицы накрыл непроглядный туман. Капли дождя били в стекло машины под силой порывистого ветра. Из-за плохой видимости на проспекте образовался затор, и Николай, откинувшись на спинку кожаного сиденья, погрузился в ожидание. В ушах продолжал звучать звонкий смех Костенко, а перед глазами мелькнула ее улыбка, посланная Литвинову, когда после тренировки она уходила вместе с Ильиным.
Чертовка, играющая на его возродившихся эмоциях!
Николай ударил по клаксону. Громкий звук обволок салон «мазерати». Дворники без остановки смахивали капли с лобового стекла, и их быстрое движение раздражало Литвинова. Он желал быстрее очутиться дома. Он хотел, чтобы раздражающие мысли перестали мельтешить в голове и чтобы рингтон телефона не звенел так громко. Но Александр Юрьевич продолжал названивать ему без остановки.
– Слушаю, – ткнув пальцем на встроенный в центр панелей дисплей и приняв звонок, произнес Николай.
На светофоре зажегся зеленый, и Коля плавно тронулся с места, стараясь сконцентрироваться на залитой дождем дороге.
– Где тебя черти носят? Тренировка уже давно закончилась! – разъяренно выпалил Литвинов-старший.
– Если это все, что тебя интересует, то волноваться не о чем. Я уже заворачиваю на нашу улицу, – ответил Николай и сбросил вызов, не дождавшись обратной связи.
Не успел Коля заехать во двор, как наткнулся на отца. Александр Юрьевич, нахмурившись, спрятал одну руку в кармане легкого черного пальто, из-под которого виднелся темно-синий галстук, а во второй держал черный зонт. Выглядел он озадаченным.
– Хорошо вы готовитесь к играм, – бросил Литвинов-старший, едва Николай вылез из салона автомобиля.
– Неплохо. – Он захлопнул переднюю дверцу и отдал ключи охраннику.
– Вместо того чтобы тренироваться на льду и пытаться преодолеть свою никчемность, вы разъезжаете по пикникам! Звягинцеву стоит сначала советоваться со мной, прежде чем принимать такие опрометчивые решения.
– Если по твоей просьбе Сергея Петровича сделали главным тренером нашей команды, это не значит, что ты можешь им манипулировать, – парировал Николай. Капли дождя испортили укладку, и зачесанные назад волосы упали на лоб. – Думаю, тебе не стоить осуждать нашего тренера. Понятия «сплоченность» и «командный дух» тебе чужды.
– Тебе хватает смелости мне дерзить? Я ведь могу раздавить тебя, как таракана!
– Попробуй, если хочешь лишиться единственного наследника «НИС-групп».
Литвинов-старший подскочил к Коле и схватил его за ворот спортивной жилетки. Хищный оскал исказил морщинистое лицо мужчины. Сквозь пробирающий нутро ветер ощущалась и всевозрастающая злость Александра Юрьевича. Его губы не шевелились, а дыхание из спокойного превратилось в рваное. Еще немного, и он точно поднимет сына в воздух и отбросит на промокший газон или мощеную дорожку.
– Мне казалось, что в деловом мире заключенные сделки что-то значат. Важные люди играют по правилам, разве нет? – процедил Николай сквозь зубы.
Александр Юрьевич выдохнул и отпустил ворот жилетки. Коля встряхнул плечами и покрутил головой. Ему стало легче дышать.
– Играют. И в этот раз у нас дополнение к контракту.
Николай ухмыльнулся.
– Какое по счету? Что ты теперь от меня потребуешь? – Коля пнул вымощенную камнем дорожку и стер краску с мыска кроссовки. – Сократишь срок поднятия в турнирной таблице? Заставишь быть на льду не два, а три раза в день? А?! – Он сорвался на крик.
