Теперь уже запротестовал летчик, ему показалось, что Шевченко переборщил с доворотами, и он резко ответил;
— Хватит доворачивать!
Штурман, однако, продолжая настаивать, и командиру пришлось все-таки довернуть, хотя про себя он по-прежнему думал, что Шевченко неправ. Бомбы были сброшены, и штурман сразу понял, что в цель они не попадут. Но почему так плохо прошло прицеливание?
Ответ на этот вопрос пришел потом, когда появился опыт боевой работы. Оказалось, что в том первом вылете экипаж подвела излишняя старательность летчика и нерешительность штурмана. Иконников, приняв команду Шевченко, разворачивал машину слишком медленно. Из-за этого самолет раскачало на боевом курсе, и выдержать прямую летчику было трудно.
Возвратившись тогда с задания, штурман спросил у Иконникова:
— Какой же мы сделаем из этого вывод, командир?
— Надо больше тренироваться на земле и дружнее работать в воздухе, — примирительно ответил летчик. — Этот вывод полезен и для меня, и для тебя.
К товарищам подошел старший лейтенант Уромов. Он прилетел с задания несколько раньше, ждал молодежь, чтобы вместе пойти на КП. Узнав, о чем идет речь, заместитель командира иронически спросил:
— Значит, на боевом курсе вы занимались предполетной подготовкой?
Иконников и Шевченко переглянулись.
— Не совсем так, товарищ старший лейтенант, — ответил летчик. — Наверное, перестарались.
— Понятно. — Уромов обнял товарищей за плечи и, понизив голос, продолжал: — При выходе на объект удара командует штурман, это раз. Многократные довороты на боевом курсе вредны, это два.
Такой совет опытного бомбардировщика заставил офицеров призадуматься. Да, Уромов был, несомненно, прав: чем меньше доворотов, тем меньше «разбалтывается» машина, тем больше будет вероятность попадания. Но, с другой стороны, очень трудно сразу дать летчику правильный курс, одной командой поставить бомбардировщик таким образом, чтобы цель прочно удерживалась на курсовой черте прицела. Боковая наводка — сложное дело, и научиться четко отрабатывать ее не так-то просто. Нужна длительная комплексная тренировка. Короче говоря, нужен боевой опыт.
В одну из летных ночей нашему соединению была поставлена задача бомбардировать железнодорожный узел Гомель. Цель прикрывалась огнем пятнадцати зенитных батарей. Чтобы нанести эффективный удар и самим не понести потерь, экипажам нужно было точно выйти на объекты, произвести правильный и своевременный противозенитный маневр и находиться на боевом курсе самое минимальное время.
Перед вылетом Иконников и Шевченко договорились обо всех деталях действий в воздухе. И вот теперь, подходя к цели, Шевченко дважды промерил ветер и сказал командиру:
— Нас будет сносить влево градусов на десять.
— Понял, — отозвался Иконников и удовлетворенно отметил про себя, что все-таки штурман хорошо знает свое дело.
В том полете на Гомель нашему экипажу пришлось выполнять роль осветителя и контролера. Николай Рыцарев вел машину с трехминутным интервалом перед колонной бомбардировщиков. Зайдя на цель с наветренной стороны, я сбросил сразу десять осветительных бомб. Через тридцать секунд взрыватели сработали, и десять факелов повисли над городом. Железнодорожный узел был высвечен особенно ярко. На его путях стояло около двенадцати составов. Неожиданно вспыхнули прожекторы, заработали зенитки.
Чтобы не мешать товарищам, наш экипаж с набором высоты ушел в сторону от объекта удара и стал наблюдать за бомбометанием. Вот на путях разорвалась первая серия бомб. Некоторые из них угодили в состав, и тотчас вспыхнул большой пожар.
— Это Иконников с Шевченко действуют, — кричит мне Рыцарев. — Приказано ударить в час ноль-пять, и они тут как тут.
За первым экипажем сбросили бомбы второй, третий... Снова зажглись над целью «люстры». Их мастерски повесил штурман Степан Анисимов. И опять посыпались фугасные бомбы. Они рвутся на станции. В 1 час 09 минут серия бомб попала во второй состав. В воздух взметнулся огромный столб огня.
— Хорошо стукнул! — подал голос наш стрелок-радист Сергей Пузанов.
Для нашей эскадрильи условия бомбометания значительно облегчились. Пожары на узле давали хороший ориентир и позволяли штурманам хорошо прицеливаться. Почти все бомбы, если не считать небольших отклонений, падали на путевое хозяйство железнодорожного узла.
Вернувшись с задания, летный состав собрался в землянке. На этот раз героями боевой ночи были Шевченко и Иконников. Хорошо действовали и экипажи Бориса Кочнева, Дмитрия Бобова, Сергея Карымова, Вячеслава Кибардина, Николая Белоусова, Василия Вериженко, Семена Оношко, Алексея Болдырева, Антона Шевелева. Они точно ударили по узлу и нанесли большой урон противнику. А экипаж старшего лейтенанта Брысева со штурманом Селиным прямым попаданием взорвал состав с боеприпасами.
— Это Иконников с Шевченко помогли нам, — как бы оправдываясь, говорил Василий Селин. — Вижу; пожар на узле, ну и прицелился как надо...
— Да и осветители не подкачали, — добавил капитан Брысев.
— Одним словом, молодцы!
