— К этому и веду, — отреагировал Александр Иванович. — Обычно я это старшим ребятишкам в нашем кружке рассказываю. Так вот, по нынешней версии истории Троянская война началась из-за бабы. Якобы очень красивой. Которую Парис якобы увёл у законного мужа. А муж, дурак, не обрадовался, а обиделся… То есть получается, что в женщинах древние греки толк всё-таки знали. Однако, если верить Гомеру, исход войны в значительной мере определило то обстоятельство, что троянский супермен Гектор имел неосторожность убить Патрокла — молодого любовника Ахиллеса. А этот Ахиллес, хоть и гомик, был великим греческим воином. Он обиделся и начал сражаться по-настоящему.
— Ну, вот объясните мне — биологу-самоучке, — потребовал Серёга, — как могла образоваться и долго существовать, совершать завоевания и создавать «памятники культуры» цивилизация гомиков-педиков?!
— Я могу придумать только одно объяснение, — усмехнулся Александр Иванович. — Заработал никем не осознанный механизм саморегуляции численности популяции. Чтобы в древнегреческих городах-полисах не стало слишком много народу, в моду вошёл гомосексуализм. Известно же, что эпидемии, войны и голод численность населения не уменьшают: после каждого вымирания следует бурное размножение, причём сверхкомпенсационное: погибнут сто человек, а в ответ народятся сто пятьдесят. А вот отвлечение части мужчин на однополый секс могло и сработать!
— Мне кажется, что дело не в этом, — я тоже решил сказать что-нибудь умное. — Тут нет проблемы, а есть аберрация нашего мышления. Нам кажется, что любое явление в природе или в обществе имеет какой-то смысл, для чего-то нужно. А это совсем не так. Господь Бог вряд ли заморачивается такими мелочами, а природа сама по себе слепа и никуда не нацелена. Александр Иванович правильно недавно сказал, что мы недооцениваем роль случая. Ну вот возникла в древней Греции мода на гомосексуализм. А могла бы возникнуть, скажем, мода на кастрацию или самокастрацию. Чтобы, значит, настоящим человеком и гражданином мог себя чувствовать только тот, у кого соответствующие органы отсутствуют. А на численность населения это вряд ли может серьёзно влиять. Сами же говорили, что для оплодотворения всех самок самцов нужно гораздо меньше, чем их рождается.
— Может, это и так, — сказал Натан. — Однако избыточный продукт с аппетитом потребляют чиновники, вельможи и всякие там цари. Исторически сложилось так, что блага для начальства производят в основном мужики, а женщины нужны для поддержания численности этих самых производителей благ. Кроме того, всякие цари-императоры-президенты любят меряться силой — наверное, это о-очень древний инстинкт. Причём, силой они меряются не друг с другом лично, а «исполчив» свои народы. Для этого опять же нужны самцы-мужчины — и чем больше, тем лучше.
— Не факт! — возразил Александр Иванович. — Был я недавно в одной маленькой стране. Её армия считается одной из самых боеспособных в мире. А служат все — и парни, и девчонки. Там мне рассказали историю про маленькую хрупкую девочку. Подошел срок призыва, её взяли в оборот и, естественно, пропустили через целый букет всевозможных тестов. И все тесты показали одно и тоже: данную пигалицу лучше всего использовать в качестве командира танкового батальона. И она стала комбатом. Хорошим комбатом! Не поручусь за истинность, но эту байку мне рассказывали разные люди, не ссылаясь друг на друга. С производством материальных благ в постиндустриальном мире та же песня — какая разница, кто будет нажимать на кнопки?
— Дамы и господа, хотите услышать мнение специалиста по женской психологии? — вновь заговорил Серёга. — Считаю себя профессионалом, хотя диплома по этой теме у меня нет, а есть только гонорары. Так вот: полагаю, что в процессе развития цивилизации «принцип незаменимости самки» у Homo sapiens перестал работать. Однако у каждой женщины мы наблюдаем целый набор инстинктивных программ, оставшихся с тех времён, когда этот принцип был актуален. Поэтому психологам, да и нормальным людям, часто приходится ломать голову над женскими поступками, над решениями, которые они принимают. Это, по сути, иное мышление. Да, девчонка, наверное, может командовать современным танковым батальоном — решать мелкие тактические задачи для выполнения приказа вышестоящего начальства. А вот командование армией или фронтом, решение стратегических задач женщине лучше не доверять.
— Ага, — хмыкнул Натан, — влюбится в командующего вражьим войском, и всё ей станет до фени!
— Ты, конечно, утрируешь, но… Что такое?!
Лушаги встали. Они могли остановиться по ментальной команде своих приоров или по каким-то своим «соображениям».
— Я команды не давала, — сразу заявила Сара.
— Аналогично, — сказал Александр Иванович и обратился к роботам: — Какие проблемы, ребята?
— Имеем вопрос, — прогудел Второй.
— Слушаем!
