— Обычная, в какой тагайни ходят. Да ты у Алема спроси, гость у него в доме жил, может, чего и вспомнит, — предложил мне Сердат и встал с бревна. — Всё, что знал, сказал. Пойду теперь.
Я кивнула и некоторое время смотрела в спину главы племени. Странный какой-то гость. Пришел перед битвой, ушел после нее. О себе почти никакой памяти не оставил, но дело сделал — Вазама убил. Можно списать на стечение обстоятельств, но! Попасть к пагчи несложно, но и нелегко. Меня вчера брать с собой не хотели. Помогли избавиться от преследования и готовы были оставить, и только то, что меня искал Танияр, открыло ворота поселения. И значит, просто путника они бы не пустили, а вот того, кто нуждался в помощи, приютили.
— И ушел после битвы… — прошептала я. — Значит, рана была пустяковой… или идти было недалеко. — Я усмехнулась и покачала головой: — Явился из ниоткуда и ушел в никуда. Просто фантом какой-то без имени и рода. Надо поговорить с Алемом.
Придя к этой мысли, я отправилась искать нужного мне пагчи, но оказалось, что он ушел с охотниками. Можно было поспрашивать оставшихся, но я решила отложить до ужина, когда за столом соберется много людей. Вот тогда и задам свои вопросы. Глядишь, один другого дополнят, и я соберу информации больше, чем вот так — по крошкам. И я набралась терпения.
Впрочем, особо скучать мне не пришлось. Стоило мне оказаться в одиночестве, как тут же нашлись очередные собеседники. Меня затянули в круговорот жизни поселения, и я даже не заметила, как это произошло. Я весь день была при каком-нибудь деле, а вечер и вовсе встречала в компании ребятни. Мне вдруг вспомнилась игра в жмурки, и это новшество захватило не только меня с маленькими друзьями, но даже взрослых.
Пагчи быстро освоились, изменили название и добавили игре демократичности. Во-первых, «Жмурки» превратились в «Охоту», а водящий в охотника, который выслеживал зверье, то есть остальных игроков. А раз это «охота», то похвастаться тонким слухом, ловкостью и сноровкой было делом чести, и потому завязать себе глаза хотели все. Но так как после этого «дичи» совсем не оставалось, я сумела их уговорить, что охотиться нужно по очереди. Это повлекло новую сложность. И всё из-за того же желания поскорей оказаться с повязкой на глазах. Дичь начала сама кидать на охотников, лишь бы их побыстрей поймали и передали повязку.
— В этом нет смысла, — посмотрев на это самопожертвование, сказала я. — Разве же только охотник может быть ловким? Звери хитры, и они должны обмануть охотника, чтобы не стать добычей.
Пагчи подумали и нашли мое замечание справедливым, и игра стала веселей. Впрочем… Оказалось, что люди в этом племени обладают недюжинным актерским талантом. В свои роли они вжились так хорошо, что одного «охотника» даже покусали, когда он настиг свою «добычу».
— С ума сойти можно, — всплеснула я руками. — Это же просто развлечение!
— В любой игре можно учиться, — резонно заметили мне в ответ.
— Но кусать-то зачем?!
В общем, после жаркого, но недолгого спора мы пришли к выводу, что в этой игре можно учиться, не нанося физического ущерба, хватает и остальных навыков. После этого игра продолжилась без остановок до тех пор, пока не начали составлять столы. И в этот момент выяснилось, что пагчи не менее организованы, чем тагайни. Хватило одного окрика Сердата, чтобы люди, забыв забаву, приняли участие в подготовке ужина. Разве что дети продолжили игру, но перейдя в другое место без всяких понуканий.
За столом сидели на прежних местах, потому нужный мне пагчи оказался неподалеку. Я не спешила начать важный для меня разговор, сначала просто насыщалась и слушала обсуждение дневных событий. Впрочем, появились и новые лица. Двое мужчин пришли с дальнего стойбища, чтобы поговорить с главой племени. Так я узнала, что это не единственное поселение племени, точней, это главное и самое большое поселение, но есть еще и кочевники — пастухи.
У племени были большие стада, и их перегоняли с пастбища на пастбище по мере того, как заканчивался корм. И пока стадо находилось в одном месте, там и разбивалось стойбище из нескольких шатров, в которых жили пастухи с семьями. Дети помогали отцам, жены готовили и следили за хозяйством. Но были стойбища и не кочевые, на несколько дворов. Их жители давали приют охотникам своего племени, если они уходили надолго, или же тем, кто наведывался к стадам, чтобы забрать молоко, шерсть или мясо. А еще следили за границами земель пагчи. Вполне себе организованное существование. Но, в общем-то, не об этом.
Я некоторое время слушала чужой разговор, выжидая, когда смогу задать свои вопросы, но меня опередил Сердат.
— Алем, — прервал он беседу, — расскажи Ашетай о своем госте, о чужаке, который пошел с тобой на стену.
— О Сахеле? — уточнил Алем. Сердат кивнул, а я мысленно потерла руки — фантом получил имя, уже недурно. Знать бы еще, как оно звучит не в исполнении пагчи… — А что о нем говорить?
