- Верните двери обратно, - потребовала шалфейя. - Закройте их. Ну же! Рабы поклонились, уставившись в пол, выполняя приказ.
Голубые вензеля буквы никак не вписывалась в замысловатую коллекцию дворцовых фресок и мозаик. Резкий цвет не сочетался с загадочными картинами на стенах и потолках. Буква больше походила на старинные письмена, которыми пользовались жрецы их расы, делая записи в большие архивные книги.
- Никогда больше так не делайте, принцесса, - послышался за спиной с ноткой раздражения голос Сокола.
Лисица вздрогнула.
- Если обещаете больше не подкрадываться ко мне.
Фалькор отпустил рабов.
- Вы не можете ходить одна.
- Почему? Вы говорили, что здесь безопасно.
- Так и есть, но только ночью, когда рабы и прислуга высланы за пределы дворца.
- Поверьте, мне пришлось побывать в руках наших общих вековых врагов, и после этого меня мало что может напугать.
"Ульф, конечно, исключение", - подумала Лисица, но вслух не сказала.
- Мне снесут голову, если с вами что-нибудь случится, принцесса. Неужели вы пожертвуете своим спасителем?
Лисица проигнорировала вопрос и опустила глаза, тут же заметив свои худые колени. Она продолжала сжимать в руках подол платья.
- О, простите.
Она потупила взгляд и постаралась не выдать смущение.
Шалфейя рассудила, что сойдет с ума, если не перестанет использовать свою голову как молотильню для поступающей информации. Нужно было отвлечься, чтобы дать возможность своему разуму проясниться, особенно перед аудиенцией с королем.
- Я рад, что вам лучше.
- Если вы не возражаете, мне хотелось бы приготовиться к встрече с вашим гостеприимным господином.
Сокол прищурился.
- Когда он прибудет, вам тотчас помогут в этом. Не желаете ли что-нибудь поесть?
- Честно признаться...- начала шалфейя
-Я вас провожу, всё уже готово,- тут же безапелляционно заявил Сокол.
В небольшом светлом зале их ждал обед из трех перемен. Лисица с удовольствием попробовала по кусочку от каждого блюда. Она приняла решение не возвращаться к картинам из своего видения и сама не заметила, как начала болтать с Фалькором, будто они были старыми друзьями, и их жизни на время опять свела капризная судьба. Сокол сменил прежде сдержанную речь на дружелюбную беседу, постепенно разрушая невидимый барьер между ними, увлек ее разговорами о нравах и обычаях своей расы, легко превращая серьезные темы в непринужденный диалог. Он умело жонглировал словами. Лисица не могла удержаться и отвечала на его виртуозную речь искренней улыбкой. Она вспомнила, что может смеяться, забыв о тягостных временах. Принцесса медленно погружалась в мир Фалькора, оставляя свои переживания за его пределами.
- У вашего короля есть наследник?
- Множество, он до сих пор не может решить, кто станет его преемником.
- Не удивительно, я слышала, что у короля целый гарем.
- Верно.
- Сколько же у него жен?
Фалькор сузил зрачки - Лисица уже привыкла к подобной мимике - сокол иногда так улыбался - глазами.
- Одна...
- Одна?
- И три тысячи наложниц, - довольный произведенным эффектом, завершил он.
- Ровно три тысячи? - поддержав его тон, отпарировала принцесса, при этом театрально ахнув. - Зачем ему столько?
- Это как разведение цветов - король любуется бутоном красоты, находя в каждой особенные неповторимые линии, очертания, цвета и аромат.
- Судя по вашему сравнению, вы придерживаетесь того же мнения.
-Я, как верный слуга, всего лишь передаю настроение моего сюзерена.
- Но ведь рано или поздно бутоны распускаются и вянут.
- Поэтому их три тысячи.
- И все же всего одна жена, - продолжала удивляться Лисица.
- Наш король - однолюб.
- Вы поставили меня в тупик, зачем же тогда гарем?
- Это решает вопрос наследников.
- Было бы вполне естественно, если преемником короля стал бы старший ребенок жены.
Фалькор сморгнул улыбку.
- Любимый ребенок короля мертв.
Лисица прочистила горло и внезапно увлеклась разглядыванием десерта.
- Мне жаль...
Она надеялась, что непринужденное общение не будет резко оборвано ее неуместным предположением.
- Можно взглянуть на гарем хоть одним глазком?
- Доступ туда охраняют. И даже мне не под силу попасть внутрь, и... Лисица подняла бровь, собираясь дослушать до конца.
Глаза Фалькора озорно блеснули.
- И единственный способ попасть в гарем - это отдать себя в наложницы.
- Тогда их будет три тысячи и одна.
- Нет, их всегда будет три тысячи.
- Отчего ж?
- Как вы изволили выразиться, после того, как бутоны распускаются, они чахнут, и их срезают.
Лисица замерла.
- Вы хотите сказать, что их лишают жизни? Фалькор поднялся из-за стола.
- Я провожу вас, - дежурным тоном произнес сокол. - Вам нужно подготовиться к встрече с королем.
На обратном пути он не проронил ни слова, а принцесса решила не навязываться. Она корила себя, что обидела сокола своим невежеством, ну почему язык не держался за зубами. Теперь вопрос о судьбах обитательниц гарема стоит между ними, как кость поперек горла.
По воле короля ее продержали в комнате до вечера. От тяжелого энена разболелась голова, а веки закрывались сами собой от слоя пудры и золотых листов теней.
