– Гену принял пожилой врач в очочках. На приеме врач спросил у Гены, пьет ли он вино? Тот ответил, что редко, но случается… Так вот, он посоветовал Генке пить только водку. А если, случится, вино, то – большими глотками.
– Почему? – засмеялись Мухаметжанов с Морозовым.
– Очень просто: если пить вино маленькими глотками, оно будет больше попадать на нёбо. В результате – расширять капилляры на носу. А это, значит, что увеличится приток крови к кончику носа. Он покраснеет.
– Вот это консультация! – ахнули ребята.
– Так что, Генка, – Сычов похлопал товарища по плечу, – до своих последних дней придется тебе пить только водку или вино большими глотками, чтобы нос не покраснел!
Друзья хохотали в полный голос. Володя обнял друга, прислонился лбом к его голове:
– Не спейся, брат! Я буду рядом!
Гена благодарно посмотрел на друга.
–Спасибо!
И вдруг неожиданно для всех Гена тихо добавил:
– Только это, как оказалось, вовсе не врач был. А работник, обслуживающий аппаратуру в салоне! Типа, слесарь. Ему халат белый велят надевать, когда он проверяет оборудование.
В комнате зазвенела тишина. От удивления никто не осмеливался первым засмеяться.
– Вот такие дела, – Гена первым улыбнулся. – Но мы ждать врача больше не стали. Ушли.
Хохот не смолкал полчаса, стихая на мгновение и накатывая с новой силой.
Этот год был самым легким и самым счастливым в жизни Володи. Нина работала на Уралмаше, бегала на лыжах за завод, завоевывала призы на областных и российских соревнованиях. Все были счастливы получить такую лыжницу, такую звездочку. Но она сразу сказала, что хочет учиться. На заводе обещали к лету подготовить направление для поступления в Ленинград, в институт имени Лесгафта, желательно на заочное отделение. Почти каждые выходные они с Володей гуляли и строили бесконечные планы.
– Как ты на это смотришь, Володька? – спрашивала она при встрече. – Мы поедем в Ленинград. Город белых ночей! Какие военные училища там есть?
– Мы уже смотрели с Геной. Есть прекрасное артиллерийское!
– Вот и хорошо. Раз вы уже выбрали, пусть и будет артиллерийское. Я сразу приеду к тебе, как ты устроишься, и тоже буду поступать. Мне дадут общежитие. А потом мы поженимся.
В отпуск на зимние каникулы Володя устроил себе вояж: сначала к родителям, потом на выходные в Чебоксары – навестить сестру Анютку. Всего-то несколько часов на поезде, меньше суток! Анюта показала комнату, которую ей дали как молодому специалисту от чулочно – трикотажной фабрики, познакомила с соседями по квартире, с гордостью рассказывая о брате так, что Владимир покраснел.
– Анютка, да что ты…– опуская глаза, ворчал он.
Гуляя по городу, она рассказывала о фабрике, новых друзьях. Город ей нравился. После тех маленьких городков и поселков, в которых они провели детство, Чебоксары казались почти столицей.
– Приезжай еще летом. Здесь виды на реки красивые и заливы удивительные! Сейчас, конечно, холодно. Здесь у нас зимы морозные и снежные, как на Урале. Но лето теплее и длиннее. Мы успеваем погреться.
– У «нас»! – улыбнулся Володя. – Чебоксарочка совсем стала.
– Чебоксарка, – поправила она его. – Как у тебя дела с Ниной, Володенька?
– Все хорошо, – коротко ответил он.
– Правильно, молодец! – одобрила она. – Никогда никому ничего не рассказывай о своих женщинах. Их не позорь и себя не роняй. Не люблю, когда мужчины болтают о своих любовных отношениях и грубят женщинам. Не по-мужски это.
Он попросил сестру не провожать его до вокзала, чтоб не мерзла. Пошел пешком, по пути грелся в магазине. В книжном отделе увидел родные красные погоны. «Кз. СВУ» Казанский суворовец! Володя рассмотрел парнишку. Высокий, темноволосый, чернобровый, с тоненькими усиками над красивыми пухлыми губами.
– Привет! – радостно поздоровался Володя с красивым статным суворовцем.
– Здравствуй, брат! Свердловский?! – юноша глянул на погоны и протянул руку, но тут же вместе с рукопожатием приобнял Володю за плечо. – Аркадий. Березин.
– Владимир Снегирев. Ты как здесь? – похлопывая по спине друга – кадета, спросил Володя.
– У бабушки был несколько дней. Иду на поезд.
– А я у сестры гостил, в Национальный музей сходили сегодня, посмотрели коллекции. Не все, правда: археологическую, этнографическую, палеонтологическую и геологическую. Всего не посмотришь за три часа! Только что отпустил ее, сказал, что уеду сейчас, чтоб не мерзла со мной. На самом деле поезд ночью.
Суворовцы доехали на автобусе до железнодорожного вокзала. Нового друга звали Аркадием. Он рассказал, что бабушка тоже водила их с братьями в Национальный музей, именно там она и работает младшим научным сотрудником. Тесен мир! У кассы, рассматривая расписание движения поездов, Аркадий сказал:
– Берем билеты до Казани. Всего два часа ехать. Покажу тебе город, познакомлю с родителями, поужинаем у нас, и поедешь в Свердловск. От нас больше поездов идет. По пути поговорим. Чего тебе все это время сидеть на вокзале?
Действительно, чем сидеть на жестких лавках, лучше ехать и разговаривать в мягком плацкартном вагоне. Дорогу ребята и не заметили, будто только сели.
