Дальше было неинтересно. Основное я прочитал. Еще ниже на стикере было написано от руки:
Захлопнув папку, я медленно обвел всех взглядом. От меня чего-то ждали. И я решил вставить свое слово:
– Может, я чего-то не понимаю, но если вы меня так долго ждали и что-то обсуждали, то почему все сейчас молчат? Павел, ты нас для чего собрал-то?
– Сейчас, когда все главы присутствуют… начну! Я собрал вас по нескольким поводам… Во-первых, я заявляю о своих законных правах на кресло отца – как главы рода, так и главы клана. Возможно, кто-то имеет слово против?
Молчание было Павлу ответом, никто ничего не говорил. Все ждали продолжения. Причем кое-кто внимательно следил за мной и моей реакцией.
– Во-вторых, я хочу выразить недовольство Арсением Викторовичем Советниковым. Мой брат сначала отсутствовал по неизвестным мне причинам, а потом, едва приехав, он сорвал важные переговоры с главой клана Огненного Дракона Тау Лонгом… Все шло идеально, пока вдруг после небольшого разговора с Арсением Викторовичем Тау Лонг без объяснения причин не уехал из нашего поместья и, как мне сообщили, будет переезжать к Арсению Викторовичу. Меня это возмутило, как и то, что сразу после этого тот уехал к князю Минскому Александру Григорьевичу – один. Самостоятельно, даже не поставив меня в известность… Меня… Исполняющего обязанности главы рода и клана. Сейчас, когда каждое слово и действие имеют вес, считаю подобное недопустимым и подвергающим сомнению единство нашего клана. Это вообще какое-то предательство и измена. Считаю, что дальше будет хуже, и я не могу гарантировать лояльность данного главы рода. И поэтому после вступления в должность я буду предлагать роду Советниковых покинуть наш клан.
Пока Павел говорил, я никак не показывал, что мне важны его слова, а внимательно смотрел по сторонам, оценивал, как на это реагируют другие главы родов.
Если Павел просто получал удовольствие от того, что говорил, то Тимофей, сидевший словно он тут случайно, был доволен. Другие главы родов также испытывали разные эмоции. Трофимов, например, с каждым словом сатанел. Группа Петриченко радовалась, Богомиров, наоборот, недовольно хмурился и испускал невеселые флюиды.
– Мне кажется, тебе наследство в голову ударило! – неожиданно ровным голосом сказал Трофимов. – Павел, ты еще даже не глава рода, это во-первых. Во-вторых, ты о чем речь ведешь? Какое предательство? Какая измена? Ты в своем уме?! На кой ляд мы тут вообще собрались?! У нас что, дел нет других?! Ты нас развалить пытаешься?! Что с расследованием гибели Виктора? Что с внешнеклановой обстановкой? Не было ли нападений? Все ли оплачено?! Не пытается ли нас кто-нибудь кинуть?!
– А мне кажется, что я все правильно сказал! – резко перебил его Павел. – Это…
– А ну, пасть закрой! – зло скомандовал Трофимов. – Если сейчас начнется внутренняя война за место главы клана, то на нас нападут. Определенно нападут!
– Мы вышли из войны с Дорониными и стали только сильнее, – ответил Павел. – У нас работала инфраструктура. У нас репарации…
– Да ты что? – перебил его Богомиров. – А кто охраняет инфраструктуру? Напомню… Те самые китайцы, которые без Арсения Викторовича уйдут!
– Никуда они не уйдут! – воскликнул Петриченко. – У нас договор!
– Договор не у вас, а у братского рода Советниковых со своим кланом, – спокойно сказал я. – Это так… Чисто для начала… Идем дальше… Обсуждать, что будет, если кто-то там и когда-то там станет главой клана, я не буду и не хочу отнимать у всех время. У меня есть другая информация… Глава Огненного Дракона, Тау Лонг, поведал мне, что отец перед своей кончиной пригласил его к себе в гости для того, чтобы укрепить связи путем свадьбы. Женихом должен был стать Тимофей. Горе посетило наш клан, и тем не менее по приезде Тау Лонга сюда исполняющий обязанности главы клана отверг все его предложения и предложил заменить Тимофея мной…
– Это правда?! – спросил Богомиров.
