– Но Дункан наверняка не пойдет на это общее согласие. Значит, остается или двухлетнее раздельное проживание, или недолжное поведение. – Ни один из этих вариантов мне не нравится. Амбра уже объяснила мне, что если я выберу недолжное поведение, то Дункан получит копию ордера, в котором будут перечислены все его деяния, сделавшие наш брак невыносимым для меня. И как бы тщательно мы ни подбирали слова в этом списке, я все равно представить себе не могу, что Дункан воспримет его спокойно. Но ждать два года, на два года затягивать эту нервотрепку – и сидеть сложа руки… это тоже плохо. Может быть, даже хуже.
– Необязательно принимать решение сейчас, – прерывает Амбра мои мысли. – Вопрос с опекой у вас не стоит, вам с Дунканом не придется видеть друг друга, финансовое положение у вас прочное. Верно?
Я заставляю себя вернуться в настоящее и стряхнуть липкое, тошнотворное чувство, возникающее всякий раз, когда я думаю о Дункане.
– Верно. То есть… ну, во всяком случае, на сегодня.
– Хорошо. Значит, настоятельной нужды делать выбор прямо сейчас у вас нет. Подумайте не спеша, какой вариант вам больше подходит.
– А какой, по-вашему, лучше? – Я понимаю, что Амбра не может решать за меня, но все же как будто надеюсь, что она найдет какой-то простой выход.
– Я не могу сказать вам, какой вариант выбрать. – Амбра оценивающе глядит на меня. – Однако, исходя из своего опыта, а он немалый, могу сказать, что если человек уже проявляет несговорчивость, то обвинение в недолжном поведении может только обозлить его еще больше. Он вполне способен довести дело до суда. Разумнее избегать такого развития событий. И все же некоторые мои клиенты считают, что это неважно. Развод в любом случае процесс неприятный, без дискомфорта он не обходится. Таким людям проще иметь дело с открытым сопротивлением, особенно если они уже не живут вместе.
– Разумно, – соглашаюсь я.
– Но другие, а таких людей тоже много, считают, что имеет смысл подождать два года, если это упростит развод. Все зависит от того, что стоит на кону, что вы готовы выдержать… а это дело очень личное. Я всегда рекомендую своим клиентам тщательно обдумать баланс интересов и ставить во главу угла собственное благополучие. А если у вас появился новый партнер и ваши отношения серьезны, то вам, возможно, стоит обсудить положение с ним. Но не забывайте, что решение принимать только вам.
Новый партнер, серьезные отношения. В голове роятся новые вопросы, о которых я стараюсь не думать.
– Спасибо, мне все понятно. Спасибо, – повторяю я. – Я могу взять немного времени на размышление?
– Конечно. Не торопитесь. У вас остались еще какие-нибудь вопросы?
– Таких, на которые вы можете ответить, – нет.
Амбра улыбается.
– Если захотите обсудить что-нибудь еще, то напишите мне на электронную почту. А пока до свидания, Тори. Удачи.
Простившись с Амброй, я решаю заварить себе еще чаю и вернуться к работе. Но сосредоточиться невозможно. Четыре часа дня, улицы залиты солнцем. Я понимаю, что стоит мне покинуть мою чудесную квартирку с кондиционером, как я тут же раскаюсь. Еще я понимаю, что если не буду посвящать работе хотя бы по нескольку часов ежедневно и минимум по шесть дней в неделю, то рискую провалить дедлайн. А я не могу этого допустить, я ни в коем случае не могу подвести «Суитин» – да еще и во второй раз.
Если я сейчас займусь разводом, затею возню вокруг недолжного поведения, дело может кончиться плохо для меня. В последнее время я завела привычку тайком посещать форумы, посвященные разводам. Сколько же я прочитала откровений о мужьях и женах, вполне разумных когда-то людях, которые теперь всячески тормозили бракоразводный процесс, притворяясь, что не получали уведомления о разводе, «потеряли» важные документы или присылали эти документы специально заполненными через пень-колоду. Конечно, воспрепятствовать разводу не могут никакие уловки, но они замедляют дело, отнимают время, силы и деньги и сжигают километры нервов. Вероятно, это и есть главная цель не желающих разводиться супругов.
Я вспоминаю одну подружку Чарли – мы встретились на какой-то вечеринке. Подружка с пустым взглядом, за второй бутылкой вина, бессвязно рассказывала, как ее бывший «забыл» поставить подпись на декларации о доходах, а ведь она несколько недель угробила на то, чтобы в принципе подвигнуть его на заполнение этой декларации. «Это психологическая война, – твердила она, вцепившись в мою руку. – Весь этот сраный процесс – просто война на истощение». Мне ее было жаль – конечно, я жалела ее, она явно издергалась, но я тогда и представить себе не могла, насколько это тяжкое дело – расторжение брака, и искренне не понимала, как небольшая проволочка с документами может ввергнуть человека в пучины вселенской тревоги. Сейчас я начинаю это осознавать, начинаю спрашивать себя, что я стану делать, если Дункан всерьез задастся целью испортить мне жизнь. Не лучше ли и правда пока ничего не предпринимать, выждать, поберечь нервы?
