– Я тоже, – сказала Ханна. – Я звонила с единственной целью: сказать вам, чтобы вы больше не держали кольца в резерве.
– Да, но… – Женщина запнулась. – Кто же тот мужчина, который недавно был в моем магазине?
– Я бы тоже очень хотела это узнать! Вы не спросили, как его зовут?
– Нет, конечно нет. Я же была уверена, что это ваш парень. У него был с собой ежедневник, и он мне даже запись показал. Мне все стало ясно.
– А как он выглядел?
– Хм, довольно симпатичный, я бы сказала. Высокий, черные волосы, немножко с проседью. Ему под сорок или немного за сорок. И у него поразительные голубые глаза, очень запоминающиеся.
– Ну что ж, – произнесла Ханна. – Это подходит.
– Что подходит?
– Не важно, – ответила она.
– Значит, нет ничего плохого в том, что я ему продала кольца?
– Да, так что не переживайте по этому поводу.
– А то я так разволновалась! – Ханна слышала в трубке громкое сопение. – Мне очень жаль, что такое случилось с вашим парнем, я и не знаю, что еще на это сказать.
– Все нормально, что тут скажешь!
– Да. – Бернадетта Карлсен явно чувствовала себя неловко. – Ну, тогда… э-э-э…
– Пожалуйста, не беспокойтесь.
– Хорошо, тогда я желаю вам… В общем, чтобы у вас хватило сил пережить это тяжелое время.
– Большое спасибо!
Они попрощались, заканчивая разговор. Ханна все еще сидела на полу и растерянно смотрела в пустоту. Что вообще произошло? Ее выбивало из колеи не только то, что Симон давно написал книгу и утаил это от нее. Нет, дело было и в каком-то типе, который каким-то образом заполучил ежедневник и теперь следовал его указаниям.
И то, как его описала Бернадетта Карлсен, как раз соответствовало описанию «клиента» Сарасвати. И оно на сто процентов подходило человеку, которого Ханна видела в пятницу в «Маленьком кафе» – то есть в то время и в том месте, которые были указаны в ежедневнике. И тот мужчина пялился на Ханну так, что ей стало не по себе. Это точно был он, в этом она теперь была совершенно уверена.
И это не могло быть случайностью, это было просто невозможно. Происходило что-то очень странное! И пусть Симона не вернуть, Ханна теперь хотела во что бы то ни стало выяснить, что же все-таки происходит!
Ну хорошо. Значит, этот мужчина проживает «идеальный год» Симона. И Ханна не имела ни малейшего понятия, кто это. Ей был известен лишь один факт. Вернее, два. Во-первых, теперь у этого человека был не только ежедневник, а еще и кольца, которые Ханна выбрала для себя и Симона, и было непонятно, что он с ними будет делать. Во-вторых, этот тип наверняка явится 11 мая в восемь часов вечера в ресторанчик «
И все это ему даром не пройдет!
Да. Йонатана Н. Грифа мучила совесть. Он соврал. И это было совершенно не в его стиле, он так еще никогда не делал. Но ничего другого ему не оставалось. Выдав себя перед владелицей ювелирного магазина за другого человека, он оправдывал свой поступок тем, что эта ложь была допустимой и вынужденной. Йонатан нагло заявил, что он владелец ежедневника, а значит, на законных основаниях может получить то, что для него здесь приготовлено. Он ведь
Йонатан ведь даже не был уверен, что все это связано с женщиной из «Маленького кафе». Было бы довольно странно попытаться выведать это у хозяйки магазина. «Понимаете, я именно тот человек, для которого вы хранили у себя эти обручальные кольца, но вы не могли бы сказать, кто их для меня приготовил? Может, это женщина с рыжими волосами? И если это именно она, то не могли бы вы дать мне номер ее телефона? Я бы с удовольствием позвонил своей будущей невесте!»
Теперь, сидя в кресле, он спрашивал себя, не сошел ли он с ума, гоняясь за несбыточной мечтой. Йонатан заполучил два обручальных кольца, которые совершенно точно предназначались не ему. Он заплатил за них из собственного кармана. В тот момент, когда хозяйка магазина назвала сумму – пятьсот евро, Йонатан сразу вспомнил о деньгах под обложкой ежедневника. И все же его терзали сомнения. Купить кольца, которые предназначались другому, – еще куда ни шло. Но выложить за них чужие деньги – это уже не шутки.
Йонатан не мог решить, стоит ли вскрывать конверт, который вместе с кольцами ему передала женщина в магазине? Он с самого утра в беспокойстве слонялся по дому, то и дело заходил в кабинет, садился в кресло и брал конверт в руки, но не отваживался его вскрыть. Что, в общем-то, было странно: Йонатан ведь уже так далеко зашел. Но тайна переписки есть тайна переписки, а конверт был заклеен. В детстве он читал как-то в любимом детском журнале «Yps» об одном фокусе. Можно осторожно вскрыть конверт, не повредив его, для этого его надо подержать над паром. Неужели это сработает?
Он покачал головой. Получается, что в душе он был двенадцатилетним ребенком. Если так и дальше пойдет, придется обратиться к психиатру. «И это должен быть детский психиатр», – мысленно пошутил Йонатан.
