– Видишь? – принялся объяснять он внимательно следящему за его действиями Роберто. – Сюда вставляешь пробку, нажимаешь на рычаг и заталкиваешь ее внутрь, чтобы вытеснить воздух.
– Вроде несложно. Дашь попробовать?
– Давай… Только осторожнее, не поранься. Я тебе помогу.
Он бережно положил свои ладони поверх ладоней Роберто и повел его руки, направляя пробку точно в горлышко.
– Вот так. Молодец, отлично справился! – воскликнул он.
Роберто поднял на Даниэле глаза и довольно заулыбался в ответ.
Они уже вновь сидели в «Фиате-1100», когда Карло вдруг сообщил, что забыл кое-что и должен вернуться. Удостоверившись, что поблизости нет рабочих, он достал из аппарата бутылку без этикетки – ту самую, что только что закупорили вместе его сыновья. Отнес ее к себе в кабинет, спрятал в нижний ящик стола и вернулся к машине.
Митинг, венчавший предвыборную кампанию, состоялся за два дня до голосования, 22 ноября. В центре площади Кастелло установили небольшую сцену: под порывами трамонтаны развевался флаг с эмблемой христианских демократов.
Еще несколько минут – и появится Карло Греко, объявил в микрофон мужчина в длинном черном пальто, распахнутом на объемистом животе; его редкие волосы трепал ветер. Анна огляделась в недоумении: где это носит Антонио с Агатой? Рядом с ней стоял Роберто, скрестив руки на груди и не сводя глаз с пустующей сцены.
– Может, они уже здесь, просто мы их не видим, – предположила Анна, продолжая обшаривать взглядом запруженную людьми площадь.
Неподалеку она заметила Кьяру, повисшую на руке жениха, который возвышался над ней на добрых полметра. Увидела она и Элену – та о чем-то шушукалась с сестрой возле бара «Кастелло», обе хихикали.
– Куда же они запропастились, черт возьми… – проворчала Анна.
– Хочешь, пойду поищу? – предложил Роберто.
– Да, будь добр, глянь.
Пока сын протискивался сквозь толпу, Анна приметила Кармелу – та как раз пробиралась к самой сцене. Следом двигались ее муж Никола и сын. Кармела щеголяла в меховой накидке, с очаровательной небрежностью наброшенной на правое плечо, в алом шерстяном платье – узком, с рукавами три четверти и юбкой до колен – и в шляпке с узкими полями из той же ткани. Губная помада в тон платью. Будто на светский раут собралась, а не на митинг, хмыкнула про себя Анна. Кармела бросила на нее взгляд и приветственно кивнула. Анна учтиво ответила тем же и вновь уставилась на сцену. Интересно, Карло все-таки выбрал костюм в полоску? Когда она уходила, муж как раз разглядывал два комплекта, разложенных на кровати: один полосатый, другой стального оттенка. Он явно нервничал – то и дело поправлял волосы и разглядывал костюмы так, словно от этого выбора зависела вся его жизнь.
– Надень в полоску, – посоветовала тогда Анна, просто чтобы вывести его из ступора.
– Думаешь, так лучше?
– Да какая разница? Главное ведь, что тебе больше нравится, разве нет?
– Ты права, – согласился он. – Что-то я совсем разволновался.
– Да уж. Ладно, мне пора, увидимся на месте.
Анна уже надела пальто и собралась уходить, когда Карло удержал ее за запястье.
– Эй, погоди минутку, – пробормотал он.
– Что такое?
– Хотел еще раз сказать спасибо, что ты передумала. Я ведь понимаю, чего тебе это стоит. Правда, я очень это ценю…
– Мам, я их нашел! – голос Роберто выдернул ее из воспоминаний.
Антонио и Агата приближались. Вернее, Агата повисла на муже, вцепившись обеими руками в его локоть. Ее нарядный вид удивил Анну: та привыкла видеть невестку без малейшего намека на макияж, с кое-как собранными волосами и в домашних цветастых платьях. Сегодня же Агата накрасила губы бордовой помадой, волосы уложила в затейливую прическу, удерживаемую уймой шпилек, а на коричневом пальто у нее была приколота массивная позолоченная брошь в виде стебля с листьями и распустившимся цветком.
Спустя мгновение к ним присоединилась Лоренца, которая озиралась по сторонам, будто кого-то высматривая. На девушке было сине-желтое платье с длинными рукавами, перехваченное в талии поясом, который отделял лиф с пуговицами от широкой юбки до колена.
– Ты чудо как хороша,
– Нет, это подруга отдала, Чечилия. Ей оно уже мало после родов.
– Чечилия? Какая еще Чечилия? – растерялась Анна.
– Ну как же, школьная подружка, та, что живет в Лечче, – встряла Агата. – Платье красивое, что да, то да. Только застудится же в нем, на таком-то ветрище! – проворчала она, плотнее запахивая пальто.
– Да не холодно мне! – отмахнулась Лоренца.
«Похоже, я одна не вырядилась по случаю», – вздохнула про себя Анна, поглядев на свое повседневное шерстяное платье зеленого цвета.
– Как там Карло? – осведомился Антонио, избегая встречаться с Анной взглядом.
– Немного нервничает, но это и понятно.
– Он выступит блестяще! Глянь, сколько народу пришло его послушать! – заявила Агата, довольно оглядываясь.
– А вот и он! – просияла вдруг Лоренца.
Все тут же обернулись к сцене, которая по-прежнему пустовала. А Лоренца уже спешила навстречу Даниэле – тот тоже заметил ее и кинулся к ней.
