– Речь о нем и дочери моего брата Антонио… – начал он. – В последнее время они слишком много времени проводят вместе.
– Продолжай, – проворчал дон Чиччо.
– Мой брат обеспокоен. Меньше всего на свете он хотел бы – не дай Бог, конечно, – увидеть свою дочь замужем за… – Карло запнулся. – За кузеном.
– Твой брат в курсе?
– Он единственный, кто об этом знает.
Старик хмыкнул.
– Слишком много людей теперь в курсе…
– За Антонио я ручаюсь как за самого себя, об этом не беспокойтесь. До сих пор он молчал и никогда не проболтается. Даю вам слово.
– Продолжай, – повторил дон Чиччо.
– Так вот, я долго ломал голову… И, кажется, нашел выход: мне нужен человек, который займется нашими делами в Нью-Йорке. Почему бы не Даниэле? Ему бы уехать на время, понимаете… На столько, на сколько потребуется…
У дона Чиччо вырвался хриплый смешок, сменившийся приступом кашля.
– И это, по-твоему, решение? – осведомился он, когда приступ миновал.
– Ну, как говорится, с глаз долой…
– Да уж, – перебил его старик. – Кому, как не тебе, об этом знать…
Карло скрипнул зубами, но смолчал.
– Я хотел поинтересоваться, не будете ли вы против, если я отправлю парня, – продолжил он.
– И надолго?
– На пару месяцев.
– А матери сказал?
– Нет, хотел сперва переговорить с вами.
Воцарилось долгое молчание.
– Что ж, вреда не будет, – изрек наконец дон Чиччо. – Сменит обстановку, на другой мир посмотрит…
– Ваши слова придают мне уверенности, дон Чиччо. Хоть я и не сомневался в вашей мудрости…
– Но не думай, что это поможет, – резко оборвал его старик. И, вздохнув, добавил: – А теперь уходи, я устал.
Карло попрощался и вышел в коридор. Джина сидела на кухне у окна, и у него создалось впечатление, будто она просиживает так целыми днями, ожидая, что муж позовет или ему что-нибудь понадобится. Молча встав, она проводила Карло до двери.
Стоило той закрыться, как до нее донесся властный, несмотря ни на что, голос дона Чиччо:
– Джина! Позови Кармелу! Мне надо с ней поговорить.
Кармела летела как фурия, кое-как придерживая болтавшуюся на плече сумочку. Трамонтана растрепала ее волосы, кое-как собранные на затылке, и пряди падали на лицо. С утра она даже не глянула в зеркало, но это не имело значения.
Ворвавшись в здание мэрии, она почти бегом устремилась вперед.
– Донна Кармела, куда вы? – крикнул ей вдогонку привратник.
– Мне нужно к мэру, – отрезала она, не сбавляя шага и не оборачиваясь.
– Не знаю, свободен ли он… Дайте сперва выясню, – взмолился привратник, припустив за ней.
Но для Кармелы его будто не существовало. Она остановилась у двери с табличкой «Мэр», ухватилась за ручку и дернула на себя.
Карло, склонившись над грудой бумаг, сидел за столом с сигарой в зубах. Резко подняв голову, он выпрямился.
– Прошу прощения, синьор мэр, – запыхавшись, выдавил привратник. – Синьора не дала мне времени вас предупредить. Говорит, ей необходимо с вами поговорить…
– Именно. И дело не терпит отлагательства! – заявила Кармела, прижимая к груди сумочку.
– Все в порядке, Джузеппе. Пропустите синьору Карла, – распорядился Карло, махнув рукой.
Привратник еще раз принес извинения и попятился к двери, но все же напоследок гневно зыркнул на Кармелу. Та, разумеется, и бровью не повела.
– Ну? – спросил Карло, поднимаясь. – Что стряслось?
– А то, что я тебе сейчас эти ногти в одно место запущу! – пригрозила она, растопырив пальцы с кроваво-красным маникюром.
– Ого! – хохотнул Карло, присаживаясь на край стола и затягиваясь сигарой.
Кармела шагнула к нему. Ее лицо оказалось совсем рядом с его.
– Ты со мной не шути, – пригрозила она.
– Да что я сделал-то?
– Даниэле в Америку не поедет, ясно тебе?
– Поговорила с доном Чиччо, значит… – вздохнул Карло.
– Поговорила! – взвилась она. – Так что оба выкиньте из головы эту затею – отослать моего сына на другой конец света!
– Давай спокойно все обсудим.
– Нечего тут обсуждать! Мой сын остается со мной! – отчеканила Кармела, стукнув себя в грудь. – И баста.
Карло снова вздохнул и вернулся за стол.
– Да это же всего на пару месяцев… Не на войну ведь его посылают! Подумай, какие для него откроются возможности…
– Заткнись! – шикнула она, прижав палец к губам. – Больше ты меня не заболтаешь. Те времена прошли!
– Да кто тебя забалтывает? – запротестовал Карло. – Я лишь хочу, чтобы ты поняла: это не такая трагедия, как тебе кажется. Речь о временном отъезде, Кармела. Необходимом, чтобы расставить все по местам.
– Необходимом для кого? Для твоей семьи, не для моей. Не вина Даниэле, что эта девчонка вешается ему на шею! – фыркнула она.
Карло с трудом держал себя в руках.
– Слушай, решать будет сам Даниэле. Ему двадцать два, материнского разрешения не требуется. Спорим, он обрадуется? Я его знаю.
– Ты знаешь моего сына? Ты?!
– Лучше, чем ты думаешь, – серьезно ответил Карло, глядя ей прямо в глаза.
– Надо же, как интересно, – язвительно протянула Кармела, и голос ее дрогнул. Отведя взгляд, она скрестила руки на груди.
