– Да-да, – отозвался он. – Мне же предстоит несколько часов за рулем. Немудрено, что я слегка дергаюсь.
Анна промолчала и лишь смотрела, как он набивает чемодан вещами, защелкивает замки и грузит его на заднее сиденье «Фиата-1100».
– Ничего не забыл? Точно? – поинтересовалась она с легкой иронией в голосе.
– Вроде бы все взял, – совершенно серьезно ответил Карло. – В крайнем случае куплю там, если что понадобится. – Он захлопнул дверцу машины. – А где Роберто? Неужели не выйдет меня проводить?
– Думаю, он еще в душе. Насколько я поняла, вечером у него запланирован поход в кино с друзьями.
– Ну и ладно. Тогда передавай ему привет, – несколько разочарованно отозвался Карло.
Анна приблизилась к мужу и поправила воротник его пиджака.
– Вы ведь увидитесь завтра вечером… Или ты решил сбежать в кругосветку? – пошутила она.
Лицо Карло наконец просветлело.
– В таком случае я, конечно, взял бы тебя с собой. – Он поцеловал жену, сел за руль и уехал.
Анна вернулась в дом. Джованна сидела на диване с книгой «Преступление и наказание».
– Тяжко читается, – насупившись, пожаловалась она, подняв взгляд на подругу. – У меня прямо голова разболелась.
Анна улыбнулась и присела рядом с ней.
– Это Антонио мне подарил. Давно уже, – пояснила она. – А почему ты вдруг выбрала именно эту книгу? В нашей библиотеке полно других романов, которые наверняка понравились бы тебе куда больше, – добавила она, кивнув на полки за спиной.
Джованна повертела книгу в руках.
– Из-за дарственной надписи, – ответила она и, открыв первую страницу, прочла вслух:
Отложив книгу на диван, она спросила:
– Ты тоже так думаешь? Что мы должны испытывать сострадание к виновным?
Анна закинула руку на спинку дивана и подобрала под себя ноги.
– Не знаю, – помедлив, ответила она. – Возможно, сострадание идет рука об руку с раскаянием. Не уверена, что смогла бы проявить его к тому, в ком нет ни капли сожаления о содеянном.
Джованна кивнула, о чем-то задумавшись. Потом произнесла:
– Слушай, а ты когда-нибудь сможешь испытать сострадание к Джулио? Если он раскается, я имею в виду.
– Ему не нужно мое сострадание… У него ведь и так есть Божье, разве нет? – иронично парировала Анна.
– Я серьезно, – не отступала Джованна. – Если он, ну… признает, что был неправ, что сожалеет…
– И ты ему поверишь? – перебила Анна.
– Не знаю. Наверное, да…
– И совершишь ошибку. Такие, как он, не меняются в одночасье. Вернее, не меняются вообще.
Джованна скривилась.
– Может, он все еще ждет меня…
Анна покачала головой и взяла ее за руки.
– Джулио больше не возвращался в Контраду.
– Откуда ты знаешь?
– Я езжу туда время от времени. Проверить. Там не осталось и следа его присутствия.
Джованна прикусила губу.
– Тебе вовсе не обязательно туда возвращаться, если тебя туда не тянет, – поспешила заверить ее Анна, словно прочтя мысли. – Хочешь – оставайся жить здесь.
Лицо подруги мгновенно просияло.
– Ты уверена, что Карло не будет против?
– Конечно, нет! Ему тоже нравится, что ты с нами.
Это была чистая правда. Джованна никому не была в тягость, напротив – она умела быть ненавязчивой и тактичной, заботливой, но не надоедливой.
– Но… если мое присутствие станет обременять тебя, или Карло, или Роберто, ты должна мне сказать…
– Что за глупости, – тут же оборвала ее Анна. – Ты вовсе нас не обременяешь.
И это тоже было правдой. Они с Карло без труда обеспечивали Джованну всем необходимым.
Анна даже пыталась подыскать ей работу, но это оказалось настолько невыполнимой и мучительной задачей, что у нее не хватило духу рассказать об этом Джованне, опасаясь, что та слишком расстроится. Неделю за неделей Анна обходила лавки в городке, спрашивая, не нужны ли им работницы. Те немногие, кто отвечал утвердительно, тут же давали задний ход, стоило ей упомянуть, что речь идет о Джованне. «Синьора почтальонша, я вас уважаю, и Карло тоже, но ее не возьму», – сказал владелец табачной лавки. «Боже упаси, да от нас все разбегутся, как только увидят ее здесь», – таков был ответ галантерейщицы. «Бросьте, у нас работают только приличные люди», – прокомментировал бакалейщик.
– Ясно? – повторила Анна. – Даже не думай, что ты можешь кому-то помешать.
– Спасибо, – прошептала Джованна и порывисто обняла подругу. – Ты лучшая на свете, – добавила она.
Анна улыбнулась и чмокнула ее в щеку. Затем поднялась с дивана.
– А теперь пойдем-ка готовить ужин, – сказала она. – Сегодня у нас с тобой праздник.
И пока Джованна измельчала чеснок, Анна спустилась в подвал, где Карло держал свою небольшую коллекцию вин.
– Шампанского нам, пожалуй, – приговаривала она, перебирая французские бутылки. – Так, это не подойдет, это тоже…
