Это меня отрезвило, морок рассеялся. Краска отхлынула от щек, и хотя надо мной был не скелет, а мужчина из плоти и крови, суть оставалась неизменной. Вернулись и боль, и страх. Ленсар почувствовал перемену в моем поведении, и его совершенные черты ожесточились. Теперь его целью явно стало разорвать все внутренние органы. Прошла целая вечность, прежде чем он содрогнулся, как зверь, и оставил меня в покое. Зажимая пульсирующую отметину на шее, я апатично смотрела, как он отходит и застегивает на все пуговицы свою белоснежную рубашку. Главное, это закончилось.
Вошел "агент" — вероятно, он был поверенным во все дела своего босса.
— Приберись здесь, — приказал Ленсар, — и проследи, чтобы до исповеди ничего непредвиденного не случилось.
Он ушел, картинно хлопнув дверными створками, а агент все тем же учтивым тоном, что и вначале — как будто ничего не произошло! — попросил следовать за ним. Я натянула изорванную одежду и тенью пошла за слугой. Внутри была пустота, как будто душу выпотрошили.
Он отомкнул тяжелую дверь, я шагнула вперед, и ключ снова повернулся в замочной скважине. Вот и все, клетка захлопнулась. Я машинально отметила дорогую мебель, гардероб с не менее дорогой брендовой одеждой (золотая клетка!), ванную комнату и вазу с фруктами на кофейном столике, от вида которых желудок напомнил о себе недовольным ворчанием. Но сперва в душ.
Я простояла под обжигающими струями часа два, до сих пор ощущая кожей прикосновения Ленсара, но хотя бы отмылась. То, что должно происходить только между любящими людьми…ну или уж точно с согласия двоих, у кого-то в порядке вещей и по принуждению. Никогда бы не подумала, что буду причастна к третьему пункту. От второго я в свое время не получила ничего, кроме довольно сомнительного удовольствия, а первый…
"Не наматывай сопли на кулак", — насмешливо образумил внутренний голос. Чем ныть, лучше присмотреть что-то из одежды, раз моя безнадежно испорчена. В оборванном шмотье далеко не убежишь. Я выбрала черную трикотажную кофту с V-образным вырезом, удобные облегающие джинсы, которые сидели как вторая кожа, и высокие сапоги на низкой подошве. То, что я видела в зеркале, меня вполне устраивало…пока за моим плечом не появилось чужое, заспанное лицо.
— Прости, что напугала, — виновато произнесла девушка. Очень худенькая шатенка, в футболке, болтающейся на ней мешком, и тренировочных штанах. На вид младше меня, — я Лина.
— Ева.
— Ты попала не по адресу, — грустно пошутила Лина, — есть хочешь?
Я улыбнулась. Неужели все видно по глазам?
Здесь была и кухня, причем обставленная по последнему слову техники. Моя соседка поставила передо мной прозрачную салатницу с винегретом. Никогда его не любила, но сейчас уничтожила за полминуты.
Лина включила электрический чайник и села рядом.
— Так на что ты променяла свою жизнь?
— Прости?
— Кем ОН был для тебя — спонсором, покровителем, продюсером, спутником жизни? — терпеливо разъясняла Лина, — все его жертвы получают мечту на год, после чего попадают сюда.
— А потом? — напряглась я.
— Думаю, ты уже знаешь. Он использует нас как доноров, до полного иссушения. Кто-то выдерживает пару месяцев, кто-то годы. Зависит от запаса жизненных сил…
— И как долго…он тобой кормится?
— Пятый месяц, — тихо ответила шатенка. Так вот чем объясняется ее болезненная худоба, — и разве стоила того моя актерская карьера…, - она невесело улыбнулась, — пока только я о себе рассказываю.
— Извини, — как ей объяснить, что я не заключала "сделки с дьяволом"? Верно, рассказать, как есть, — он хочет исповедоваться.
И тут же прочитала в глазах Лины сочувствие.
Я подалась вперед:
— Пожалуйста, расскажи об этом все, что знаешь.
— К сожалению, ничем не могу помочь, — девушка виновато отвела взгляд, — слышала только то, что он проводит ритуал каждый месяц, в пике луны…три ночи…Может, другие знают больше.
— А кто еще здесь?
— Именно здесь, — Лина обвела рукой помещение, — я и Саша. Она в другой комнате, очень слаба… А вообще целое крыло дома занято под "пищу".
Подозреваю, что эти апартаменты — камера смертников. Этой мыслью я и поделилась с Линой.
— Знаю, но мы отсюда выберемся. За пять месяцев я обзавелась кое-какими связями, — при этих словах она продемонстрировала ключ.
— Ничего не понимаю. Почему ты до сих пор…
— Одной мне не справиться, — испуганные глаза девушки особенно четко выделялись на осунувшемся лице, — там сплошной лабиринт…и темнота…
— Тогда почему не сбежать днем? Днем вампиры должны спать, разве нет?
— ОН никогда не спит. Он не такой, как обычные вампиры, вроде его прислуги. И днем запирается в своем кабинете. Говорят, он чувствует каждый камень этого замка, слышит каждую мысль…Но по ночам он отсутствует. У нас действительно есть шанс…если решимся.
— Терять нам все равно нечего.
— По рукам.
Настоящее время.
Только что я была в замке Ленсара, а теперь снова подвешена над пропастью. Начинаю сомневаться, что в действительности реально, а что нет. Как странно, что я раньше ничего из этого не помнила. Как жаль, что теперь вспоминаю…
Два месяца назад.
