В кабинет едва слышно просочились сразу три аврора, три крепких шкафоподобных парня. Алые мантии просто трещали на их широких плечах. Двое встали возле двери, третий занял стратегическую позицию у окон. Охрана. Призрачный шанс спастись только что прекратил своё существование, но Северус не жалел. Последние слова Скримджера засели в его голове, как ржавая заноза, взрезавшая плоть и добравшаяся до мяса. Будь проклят тот, кто лишил Северуса части его памяти! Из-за этого он понятия не имел, чем занимался те шесть дней, что мальчишки не было в школе. Ужасный смысл сказанного лишь сейчас дошёл до его сознания. О Гарри Поттере ничего неизвестно шесть дней, а пропал он в Запретном лесу, где Северус сам не рисковал заходить слишком далеко, особенно ночью. Есть ли вообще какая-то надежда, что мальчишка ещё не погиб? Только если его подобрали кентавры или кто-то из жителей Хогсмида, собиравших травы на продажу, но шансы на это были так же малы, как то, что Северусу удастся доказать свою невиновность.
Понимание, что сына Лили, скорее всего, больше нет на свете, было похоже на ампулу с ядом, которую он с силой раскусил. Боль потекла по сосудам, заменяя собой кровь и выжигая всё то, чем Северус жил, чем заставлял себя жить. Сдаваясь ей, он прикрыл глаза и с внутренней стороны век, из черноты, увидел Лили. Она никогда не приходила прежде — не могут души умерших возвращаться из-за Грани по своей воле, только если их заставить, — но даже его воображение никогда не оживляло образ подруги и любимой. Северус так наказывал себя за её смерть, запрещая переживать и лелеять в памяти те дни, когда он был счастлив рядом с Лили. А тут — пришла… ничего не говорила и не скажет, конечно. Северус и так знал, что бы услышал. Что он предал её дважды, нет, трижды — в Хогвартсе, потом с пророчеством и теперь, дав слово сохранить жизнь её единственному ребёнку и этого слова не сдержав. Как бы ни недолюбливал Северус мальчишку, он не желал гибели глупому юнцу! Не желал, а не уберёг. Прав Скримджер, во всём прав. Северус перенёс ненависть к Джеймсу Поттеру на его сына и вёл себя так, как не имел никакого права обращаться с ребёнком. Поручение Дамблдора быть своим для слизеринцев и врагом для Поттера можно было выполнить и иначе, не гнобя мальчишку за малейшую провинность и похожесть на отца. В итоге чего Северус добился? Мальчик мёртв, а самому Северусу отношения со слизеринцами теперь просто не нужны, ведь вся его дальнейшая жизнь бессмысленна. Не потому, что больше уже некому одолеть лорда, когда тот возродится: пусть уж Дамблдор и Аврорат напрягутся и сделают свою работу, которую хотели свалить на одиннадцатилетнего мальчика. Нет. Северус не желал этого признавать, но прежде в здравом уме его держало понимание, что Лили жива в своём сыне. Со смертью Гарри оборвалось и её существование в этом мире. По его вине.
— Дромарога тебе в зад! — зычный рявк Скримджера в коридоре был слышен так, словно он орал у Северуса прямо над ухом. — Какого хрена его ещё не допросили?! Где этот полувеликан?!
Северус вздрогнул, и Лили, так и не удостоив его и словом, исчезла, растворилась в черноте, как и её сын растворился во тьме Запретного леса. Медленно Северус открыл глаза, повернулся и посмотрел на своих охранников. Те будто и не заметили, что он на какое-то время выпадал из реальности. Хрень полная, ясное дело, заметили, просто не стали вмешиваться, понимая, что он не собирался вредить себе. Опытные, суки алозадые. С осознанием смерти Поттера вдруг снялись все барьеры, что Северус выстроил вокруг себя, и ругань перестала восприниматься как нечто из страшного коуквортского прошлого, которое он старательно пытался оставить позади. Вот какое оно — состояние, когда уже нечего терять. Лили, его милой и нежной Лили, тоже пришлось пройти через это? Нет, в отличие от него, просравшего всё, что возможно, ей было, за кого бороться. Она достойно завершила свою жизнь, а Северус как был ничтожеством, так и остался. Предатель и клятвопреступник, это он должен был умерен, он, не Лили! Почему судьба распорядилась столь несправедливо? Он же готов хоть сейчас скончаться в самых страшных муках, но его никчёмная жизнь и душа даже магловскому дьяволу не нужны, чтобы обменять их на Лили… или Гарри.
