Так мы и направились к распахнутой двустворчатой двери: я под ручку с обоими мужчинами, словно подчёркивая наши не совсем традиционные отношения. Мы переступили порог зала, просторного, полного уже прибывших гостей, негромкой музыки, сияния хрустальных подвесок на люстрах и блеска украшений на дамах. Высокие, ведущие в сад окна распахнуты, выпуская наружу шелест голосов, степенную, неторопливую мелодию и желающих выйти на свежий воздух для любования звёздами и розами хозяйки дома. На потолке запечатлена огромная картина — боги и богини в лёгких развевающихся одеждах, добрая половина местного человеческого пантеона, будто наблюдающая из далёких небесных чертогов за жизнью людей, а вокруг среди пушистых кучевых облаков затаились шаловливые крылатые посланники божественной воли, кто с луком и стрелами, кто с кувшинами или ларцами с дарами.
— В свете выводов, сделанных мной на основе наблюдения за твоими одноклассницами, я бы выделил в качестве главного подозреваемого знойную милашку Беатрис, — неожиданно серьёзный голос Галена оторвал меня от восхищённого созерцания живописи.
— Беатрис? — повторила я, не улавливая, о чём вообще речь.
— Пока это лишь предположения, — поправил Вэйдалл. — Никто никого не обвиняет, и доказательств у нас нет.
— Обвиняет в чём? — растерялась я.
— В вызове демона, — пояснил Вэйдалл.
— Беатрис?! — не верю. Она, конечно, та ещё стерва, но на самом деле призывать демона-наёмника ради моей персоны?!
— У госпожи Овертен есть как минимум мотив и возможность, — продолжил Гален неумолимо. — С папочкиными деньгами и связями она вполне может позволить себе приобрести парочку гримуаров и достать все необходимые ингредиенты.
— Но, насколько я знаю, для вызова демона нужно принести жертву, — напомнила я.
— Кошку, собаку, козу, да хоть курицу зарезать. Человека жертвоприносить необязательно и свящённых единорогов тоже.
— Хорошо, а мотив?
— Разве не очевидно? — Гален одарил меня взглядом насмешливым, снисходительным.
— То есть Беатрис настолько поглотила зависть ко мне, что она быстренько вызвала демона-наёмника и велела ему избавить её от удачливой соперницы? — и логично как будто, и всё равно не складывается. — Гален, мы с Беатрис проучились вместе все три года и до прошлой недели у нас были вполне сносные отношения. Мы не близкие подруги, не дружим по-настоящему и в прошлом у нас случались мелкие стычки, какие бывают между богатыми девочками и бедными приживалками вроде меня, однако злости или ненависти друг к другу мы не испытываем. Более того, до недавнего времени я была ей неинтересна в принципе и нынешнее её отношение ко мне продиктовано прежде всего вашим с Вэйдом вниманием. И сами посудите, как среднестатистическому человеку, не связанному с магическими кругами, благовоспитанной девушке из хорошей, уважаемой семьи может прийти в голову идея извести соперницу посредством услуг демонов-наёмников? Да ещё и реализовать её за какую-то неполную неделю? Понимаю, можно купить в книжной лавке якобы учебник по колдовству и попытаться навести на соперницу порчу, но вот так сразу вызывать демонов?
— Ты права, — согласился Вэйдалл задумчиво.
— Насчёт благовоспитанности Беатрис я бы поспорил, — возразил Гален.
— Что ты имеешь в виду? — насторожилась я.
— На днях госпожа Овертен сделала мне весьма недвусмысленное и рискованное для благонравной девицы предложение…
Мы остановились, я посмотрела требовательно на Галена, ожидая деталей, что же такого Беатрис осмелилась предложить моему, между прочим, мужчине, и не сразу расслышала приближающиеся шаги.
— Леди Дарро, леди Вивиан, — произнёс Вэйдалл почтительно.
Я медленно повернула голову к матери и дочери. Собственно, я видела обеих прежде — правда, лишь на фотографиях в газетах, — и узнала бы в любом случае, даже если бы Вэйдалл их не назвал. Леди Аннет Дарро высокая, стройная, темноволосая, всё ещё весьма привлекательная женщина и её красота, зрелая, с налётом бледного, утончённого аскетизма, подчёркнутая элегантным алым платьем, контрастировала с юным очарованием её дочери. По сравнению со мной леди Вивиан казалась миниатюрной и действительно куколкой, только не классической блондинкой с голубыми очами, а шатенкой с карими глазами и загорелой кожей по последней молодёжной моде. Белое открытое платье в стиле древних южных богинь оттеняло загар, блестящие тёмно-каштановые локоны по точеным плечам и линии изящной фигурки.
— Милорд, — Аннет едва заметно кивнула Вэйдаллу, скользнула по мне взглядом небрежным, мимолётным, определённо оценивая и меня, и мою диспозицию, и довольно учтиво улыбнулась Галену. — Господин Скай, не знала, что вы почтите нас своим визитом.
Они знакомы? И нотки в ровном голосе леди Дарро, смешавшие вынужденное подобострастие и умеренную неприязнь, намекали откровенно, что для Аннет истинная личность Галена отнюдь не секрет, даже вопреки отсутствию перстня братства.
— Леди Дарро. Решил в последний момент, — ответная улыбка Галена лучилась почти искренней радостью и очарованием профессионального ловеласа.
