Вивиан тоже улыбнулась: приветливо Вэйдаллу, заученно, вежливо, со скрываемым тщательно любопытством — мне и с восторженным обожанием… Галену? Нет, со стороны-то всё выглядело прилично и непосвящённый человек вряд ли различил бы нюансы, но сирена подметила мгновенно и блеск в глазах, и улыбку чуть шире и ярче предыдущих, и восхищённый взгляд, обращённый на Галена. Подметила и насторожилась, желая немедленно продемонстрировать всем недогадливым, что мужчина занят, и занят ею.
— Господин Скай, — произнесла Вивиан, и если хорошенькое личико юной леди ещё не успело чего-то выдать, то взволнованный, едва слышно дрогнувший голос сдал, что называется, с потрохами.
— Леди Вивиан.
Сирена заметалась, кажется, я вот-вот поддамся инстинктам и начну яростно шипеть на потенциальную соперницу, а то и вовсе по-простому вцеплюсь в её роскошные локоны, но Вэйдалл вдруг прижал мою руку плотнее к себе. Взбунтовавшуюся было сирену словно погладили ласково, успокаивающе по голове, призывая не показывать людям то, что им видеть не надо, напоминая, что принадлежащее ей у неё и останется, никто не отберёт и потому нет нужды разводить скандал на пустом месте. И, к удивлению меня-человека, инстинкты и впрямь затихли послушно, сирена нахохлилась, затаилась.
— Милорд Вэйдалл, вы не представите нам вашу милую спутницу? — спросила Аннет.
— Женевьева, одна из моих подопечных, — из-за спины леди Дарро вышла Идэна. Эдвард держался рядом с супругой, честно сохраняя учтивое, чуть-чуть заинтересованное выражение лица, но не надо быть телепатом, чтобы понять, что лорду сейчас куда сильнее хочется оказаться в «Гнезде», в тишине своего кабинета или лаборатории. — Я говорила вам, у меня три девушки.
— Но я подумала… — начала Аннет.
— Тиана моя помощница, не подопечная, — поправила Идэна.
Похоже, представление молодых сирен прошло без меня.
— И Женевьева моя невеста, — добавил Гален, снял мою руку со своего локтя, перехватил за ладонь и, поднеся к губам, поцеловал мои пальцы. И рука, точно назло, левая, с кольцом.
— Мои поздравления, господин Скай, — Аннет сама невозмутимость, в то время как ни Идэна, ни даже Эдвард не сумели скрыть лёгкого недоумения.
Улыбка Вивиан потухла, секундное недоверие сменилось изумлением, затем горечью и немым вопросом, застывшим укором в глазах.
Гален, по-моему, реакции девушки и не заметил, зато мне стало неловко и стыдно. По крайней мере, мне-человеку. Я-сирена же торжествовала: один мой мужчина назвал меня невестой публично, теперь и другой — что может быть лучше?
— Весьма блестящая… партия, не правда ли, леди Тарранси? — повернулась Аннет к Идэне.
— О да, леди Дарро, едва ли кто-нибудь сумел бы сделать лучшую, — в тон ей ответила сирена.
Притаившиеся в словах намёки повисли в воздухе раздражающими запахами еды, принесёнными ветром с чужой кухни. Во всяком случае, ни я, ни Эдвард не поняли их истинного смысла.
— Женевьева? — Идэна взглянула на меня вопросительно.
— Прошу меня простить, другие гости требуют моего внимания, но я с нетерпением ожидаю выступления ваших подопечных, леди Тарранси. Вивиан? — на меня Аннет и не смотрела практически, однако от женщины явно не укрылось, что я так и простояла с Вэйдаллом под руку, словно он мой брат или такой же полноправный жених.
Что по меркам человеческого общества аморально и глубоко непристойно.
— Иду, мама, — Вивиан, потупившись, шагнула к матери и обе леди Дарро чинно удалились.
— Я… подойду через минуту, — неубедительно заверила я Идэну.
— Сейчас, Ева, — возразила сирена твёрдо. — Я начинаю опасаться оставлять тебя наедине с данными джентльменами, потому что после вашего непродолжительного общения у тебя сразу прибавляется количество женихов.
— А есть ещё желающие, леди Тарранси? — уточнил Гален вкрадчиво. — Если да, то прошу вас, миледи, предупредите заранее, у меня, знаете ли, сильно ограничен лимит на количество особей мужского пола, которых я согласен терпеть рядом с моей невестой.
— Полагаю, вам должно быть виднее, сколько ещё особей вы готовы терпеть, — парировала Идэна.
— Открою вам маленький секрет: инстинкт собственника требует убить любого, кто даже посмотрит косо на мою невесту, а мне это не понравится, — простодушие Галена наиграно и фальшиво насквозь. — Но, к счастью для многих, в том числе страдающих косоглазием, мы живы не только одним вышеупомянутым инстинктом.
— Ева, иди, — негромко сказал Вэйдалл, и я осторожно высвободила обе руки.
— Увидимся позже, — прошептала я, обращаясь к обоим мужчинам.
Супруги развернулись и пошли прочь, я примерной благочестивой дочерью последовала за ними.
