— Последние веков пять-шесть — нет, — ответил наёмник недовольно. — Они основательно припугнули колдунов во время приснопамятной охоты на магов и решили, что для лучшего контроля стоит дать колдунам то, чего те хотят, но на условиях братства. Так и начали появляться все эти страшные, запретные, чёрные-пречёрные гримуары по магии. Кровавые жертвоприношения, вызовы демонов, порчи, сделки с сущностями, которых по-хорошему надо обходить за милю. Не родиться с даром к магии, не учиться и совершенствоваться, а почитать на сон грядущий такую книгу, зарезать для начала парочку курей или соседскую кошку и вот оно, явление силы там, где её отродясь не водилось. На чём, как думаешь, работает призыв демона? На крови жертвы и энергии смерти. Наверное, поэтому настоящий дар нынче и выродился.
— Если что, лично я никаких книг не писал, — вмешался Гален. — Этим старшие занимались, в основном, собрат Салливан. Он всё равно безвылазно сидит на нашем острове, что ему ещё там делать, кроме как книжки кропать? Похоже, полог ориентирован на людей, а никто из нас стопроцентным человеком не является.
— Какое ценное наблюдение! — скрыть сарказм Арлес не потрудился.
— Это не настоящий полог братства, а обычное неумелое подражательство. Дело на пять минут. Женевьева, отойди, пожалуйста.
В кои-то веки желания возражать не возникло, и я отступила послушно на три шага назад. Человеческой магии я не доверяла, особенно сформировавшейся под надзором ордена. И даже любопытно стало, в какие ещё сферы жизни людей братство успело залезть, в каких наследило подобным образом? Понятно, что прежде всего это попытки добиться влияния, контроля, власти в том или ином виде. Орден предлагает людям доступную магию, позволяет вызывать и сковывать демонов контрактами, даёт человеку возможность получить желаемое и тем самым управляет и новоявленными колдунами, и — через них — демонами.
Арлес отошёл за мной, и мы принялись наблюдать за «делом на пять минут».
Навести справки о госпоже Беатрис Овертен несложно. Ей восемнадцать. Дочь главного судьи Тирса, единственное, балованное дитя. Родные по материнской линии из Альсианы, что, впрочем, видно по внешности коренной южанки. Отец атриец, как и многие поколения его семьи, доволен ролью большой рыбки в маленьком пруду — выше главного судьи только мэр города. Славен скверным характером и неподкупностью, но дочери дозволяет всяко больше, чем разрешают и куда менее строгие родители.
Беатрис входила в некий закрытый книжный клуб, состоящий из нескольких юных девушек из богатых и даже знатных семей. В теории благочестивые девы собирались у одной из них раз в две недели для чтения и разбора прозы и поэзии. По факту если на этих собраниях что-то и читали, то отнюдь не стихи. Удивительно, но господин Овертен смотрел сквозь пальцы на шалости дочери — сомнительно, чтобы он не знал о происходящем за закрытыми дверями многих домов Тирса.
Из одноклассниц Евы в клубе больше никто не состоял, с улицы туда не принимали, лишь по рекомендации кого-то из членов и вступающая обязательно проходила проверку. Информация о занятиях в клубе довольно скупа, однако смысл ясен и, главное, магией девушки не балуются. Не Вэйдаллу судить об уровне испорченности нынешней молодёжи.
Ева права: нельзя проснуться утром, решить, что демон поможет с возникшими проблемами, и отправиться его призывать. Требуется время, подготовка, хоть какая-то теоретическая база, пусть и самая минимальная. Беатрис же производит впечатление избалованной девицы, привыкшей получать желаемое по щелчку пальцев. Предложение, сделанное ею Галену, говорило само за себя — деньги и отцовская власть решают всё. Вызов же демона — долго, хлопотно, затратно. Зачем тратить время и силы, читать скучные книги по магии, пускать кому-то кровь, заключать контракт с наёмником, если можно воспользоваться папиными финансами и влиянием?
— Вэйдалл? — звонкий голос Вивиан раздался одновременно с аккуратным стуком костяшки пальца по опущённому наполовину стеклу.
Он мотнул головой, вежливо улыбнулся склонившейся к окну девушке. На другой стороне улицы, перед книжной лавкой стоял чёрный, массивный автомобиль семьи Дарро, с водителем, терпеливо ожидающим молодую хозяйку.
— Простите, задумался, — признался Вэйдалл.
— Не ожидала увидеть вас здесь.
— Решил прокатиться по городу. А вы, полагаю, в очередной раз ограбили лавку госпожи Перк?
— Она говорила, что на этой неделе привезут новые книги. Обещала отложить мне некоторые, — Вивиан улыбнулась смущённо. — Могу я… поговорить с вами?
— Сейчас?
— Да, если вы никуда не торопитесь и вас это не затруднит. Я не отниму у вас много времени.
— Не тороплюсь, и ни в коем случае не затруднит. Пройдёмся?
— Да, конечно.
Вэйдалл вышел из своей машины, подал девушке руку. Вивиан приняла, и они двинулись неспешно по тротуару. Поля шляпки бросали тень на неожиданное сосредоточенное, серьёзное девичье лицо.
— Как чувствует себя господин Скай? Мне показалось, вчера он был слегка не в духе.
— Неплохо, наверное.
