– Вот почему мне так не хватало тебя, – пробормотала я. – Ты видишь то, что все остальные не замечают.
Иса улыбнулся, снял с меня тунику, упавшую на пол к нашим ногам. В наших ласках не было исступления, присущего молодости; мы исследовали тела друг друга, будто в первый раз. И Иса, как всегда, оказался прав: мы все еще были прекрасны.
Когда мы наконец насытились друг другом и просто лежали в обнимку, отдыхая, я сказала:
– Ты должен показать мне те деревья.
– Мы вместе поднимемся на гору, – пообещал он. – Но смотреть ты будешь одна, любовь моя, ибо только в одиночестве сумеешь ты постичь их истинную природу.
СЛЕДУЮЩЕЕ утро началось с сюрприза.
– Вас ждут четыре лошади, – весело сообщил Шиваджи мне и Арджуманд. Я с дочерью доедала завтрак, а Иса и Низам о чем-то беседовали на верхнем этаже. – Садитесь на них и выезжайте из города по отдельности, парами, – продолжал он, – потом встречайтесь и вместе следуйте строго на запад, до Гоа. Это на побережье. Там полно иезуитов, но место очаровательное. Доехав до Гоа, следуйте на север. За городом, на берегу моря, стоят домики. Вы можете пожить в одном из них за мизерную плату.
– На берегу моря? – спросила я.
– Это всего два дня пути, – ответил Шиваджи, вручая мне деньги.
– Но ведь султан дал мне всего два дня.
Маленький индус пожал плечами:
– Ахмед, конечно, не подарок, но и не такой уж он плохой, каким представляется. Я попросил, чтобы он дал вам неделю. Он наотрез отказался. Но потом я выпил с ним бурдюк вина, и султан согласился. – Шиваджи рассмеялся и добавил: – Ну, может, два бурдюка.
– Почему вы помогаете нам? – спросила Арджуманд.
– Потому что я хочу, чтоб мы были друзьями, а не врагами. Я убрала в карман монеты, что мне дал Шиваджи:
– Что помешает нам сбежать?
– Если сбежите, Ахмед лишит меня головы, независимо от того, хорошее было вино или плохое.
– И все же вы решили рискнуть?
Шиваджи едва заметно поклонился:
– Я становлюсь глупцом, когда рядом красивые... нет, умные женщины. Тем не менее лошади вас ждут. По возвращении, надеюсь, вы окажете мне честь и попрощаетесь со мной. – Военачальник бросил взгляд на Арджуманд и повернулся, собираясь уйти.
Я тронула его за плечо:
– Я буду молиться, чтобы мы с вами были друзьями.
– Пусть царства воюют, моя госпожа, а мы будем дружить.
Мы попрощались, и я поспешила наверх, чтобы поделиться радостной вестью с Исой и Низамом. Немного времени нам понадобилось на то, чтобы сложить наши скудные пожитки и покинуть Биджапур. Я и Низам тронулись в путь первыми, но сразу же за городом остановились. Ожидание было утомительным, и, охваченная беспокойством, я уже хотела вернуться в город за своими любимыми, когда они наконец-то появились. Ни Исе, ни Арджуманд не доводилось часто ездить верхом, так что трудно сказать, кто из них более неловко сидел в седле. Однако Иса и Арджуманд радостно закричали, когда увидели нас, и вскоре мы все вчетвером, пустив лошадей рысью, двигались на запад.
Почти все утро мы ехали через предгорья, окружающие Биджапур. С грустью я смотрела, как они исчезают из виду, но мысль о том, что скоро мы будем на берегу океана, пьянила. Никто из нас никогда не видел моря, и нам не терпелось добраться до Гоа. Низам двигался немного впереди. И все время внимательно осматривал округу, даже когда беседовал с Исой. Я и Арджуманд без умолку болтали. Я сто лет ни с кем так не разговаривала, да и вообще презирала сплетни, но, признаюсь, мне нравилось пересказывать дочери истории о жителях Агры, слышанные от посетителей, навещавших нас в заключении.
К вечеру мы почувствовали едва ощутимый запах моря. Для нас это был чужеродный запах. Создавалось впечатление, что где-то рядом находится огромная кухня, где пекут нечто ароматное. Поначалу я думала, мне это кажется, но мои спутники подтвердили, что их ноздри щекочет соленый воздух. Запах моря взбодрил нас, и, хотя Иса и Арджуманд морщились, сидя в своих седлах, мы все погнали лошадей быстрее.
После того как солнце закатилось за горизонт, мы еще некоторое время продолжали путь, а потом остановились и устроили лагерь. На ужин приготовили кичри – простое блюдо из чечевицы и риса. Долгих разговоров мы не вели, так как все устали, а нам предстояло и весь следующий день провести в седлах. Я и Иса легли рядышком на спальном ковре, согревая друг друга теплом своих тел.
На следующее утро мы рано тронулись в путь, подгоняя своих коней. Холмистый рельеф сменился равнинным, дорога стала шире. Ветер доносил до нас морской запах, и мы вдыхали его с наслаждением, будто дивные благовония. Деканцы, встречавшиеся нам на пути, нас не беспокоили. Они выглядели более довольными людьми, чем их братья, обитающие на востоке, и я подумала, что военные отряды Аурангзеба, возможно, пощадили эту землю.
