Эрике показалось, будто земля разверзлась у нее под ногами. До последней секунды она надеялась найти Райнгарда в Батавии, точнее говоря, она внушила себе, что он ревностно исполнял свой долг миссионера. То, что он действительно находился здесь, потрясло ее. Но то, что он оказался тут, потому что… Осознание этого обрушилось на нее, как удар.
Прошло некоторое время, прежде чем Эрика снова смогла говорить.
— Могу ли я… могу ли я, несмотря на это, увидеть его?
— Конечно. Я лишь хотел предупредить вас. Пожалуйста, следуйте за мной.
Юлия стояла в отделении лечебницы и складывала полотенца. После отъезда Эрики она каждый день приходила сюда, помогала Кларе и присматривала за детьми. Это давало ей, по крайней мере, ощущение того, что она востребована. Желание вернуться к своему ребенку ежедневно одолевало Юлию, но она должна была еще немного подождать, пока Эрика снова не вернется домой. Она обещала это своей подруге.
Эрика отсутствовала почти неделю. Это вызывало у Юлии беспокойство. Было ли ошибкой то, что она посадила Эрику на корабль? А если в дороге с ней что-нибудь случилось? А если произошло несчастье? С другой стороны, Юлия не знала, сколько времени занимает дорога до Батавии, и у нее не было знакомых, у которых можно было бы спросить об этом или о возможных происшествиях на реке. Она то и дело ходила в порт, однако теперь не только расспрашивала о Жане, а еще и ждала Эрику, пусть даже обе затеи казались ей безнадежными. Между тем Юлия уже расспросила каждого капитана о местонахождении Жана, ведь это были одни и те же корабли, которые возвращались домой из плавания вдоль побережья или из соседних стран. Большие суда из Америки и Европы пришвартовывались здесь так редко, что Юлия опасалась: чтобы обойти всех капитанов, ей понадобятся годы. В ее душу закралось отчаяние. Юлия решила дождаться возвращения Эрики и сразу же отправиться в обратный путь в Розенбург.
Юлия как раз разложила оставшиеся полотенца в предусмотренные для этого шкафчики, когда в дверь больницы постучали.
— Да?
Додо зашла внутрь, подталкивая перед собой девочку-мулатку, которой на вид было около десяти лет.
— Миси Джульетта, а где миси Клара?
— У Клары сейчас посещение на дому. А что такое, Додо? Что-то с малышкой? — От Юлии не укрылось то, что по щекам девочки катятся слезы.
— Нет, миси, с ней все в порядке. — Додо подтолкнула девочку на пару шагов вперед и спокойным тоном предложила ей: — Ну же, поговори с миси!
— Миси, — малышка неуклюже поклонилась, — я пришла из-за своей мамы. Она больна и не может встать, — почти прошептала она.
Юлия подошла к девочке и положила руку ей на плечо. Ребенок испуганно отпрянул.
— Все хорошо, я не сделаю тебе ничего плохого. — Юлия присела на корточки. — А теперь расскажи-ка спокойно, что с твоей мамой?
Девочка шмыгнула носом:
— Я… я не знаю… У нее высокая температура, и она лежит. Я… я искала медсестру, но не нашла ее. Мне кажется, что мама умирает.
— Ну, так быстро не умирают. — Юлия успокаивающе погладила ее по руке. — Сейчас мы еще немного подождем сестру Клару, а затем посмотрим, что с твоей мамой, хорошо?
Девочка вытерла лицо рукой и кивнула.
Юлии стало жаль малышку. Мало того что она боялась за свою маму, ей, определенно, было плохо уже от одной мысли о том, что ее мать разозлится, узнав, что она пошла в миссионерскую организацию. Несмотря на то что лечебница предлагала помощь всем без исключения, рабы и мулаты лишь изредка приходили сюда. Разве только если хозяин какого-то раба приказывал ему явиться сюда или в случае, если какой-нибудь мулат настолько нуждался в деньгах, что не мог себе позволить обратиться к знахарю или городскому цветному врачу.
Страх перед тем, что миссионеры связывают свою помощь с религией, сдерживал их. Впрочем, Клара не отличалась особой набожностью. Для нее на первом месте было здоровье человека, независимо от его цвета кожи и вероисповедания. Правда, исполинский рост не особенно облегчал ей задачу.
Прошло немного времени, прежде чем Клара вернулась от больного, которого посещала на дому. Едва Юлия успела рассказать ей историю девочки, как монахиня из миссионерской организации снова стояла у дверей со своей сумкой.
— Додо, вызови извозчика.
Немного погодя Клара усадила девочку возле мрачно смотревшего на них кучера, а затем и сама села сзади в повозку возле Юлии.
— Если она будет бежать за нами, то мы никогда не доберемся, — сказала Клара.
Юлии нравился ее решительный характер.
Через несколько минут Юлию охватило нехорошее предчувствие. Она знала местность, по которой они ехали. Она также знала улицу, на которую они свернули и — знала дом, перед которым ребенок остановил кучера.
Это был дом Сузанны!
Юлия вошла в здание с неприятным чувством. Больше всего ей хотелось убежать, но она храбро шагала вслед за Кларой, которая без колебаний последовала за маленькой девочкой через входную дверь.
Ребенок повел обеих женщин вверх по лестнице и вдоль короткого коридора в затемненную спальню. На кровати у окна лежала женщина.
