Под сенью чайного листа [litres] полностью

Саньпа успевает выхватить еще одну стрелу и держит ее перед собой, будто копье. Жалкая попытка. Тигр снова набрасывается на него. Но он не пытается вцепиться Саньпа в горло, а вгрызается в живот и дергает с такой силой, что подкидывает Саньпа вверх и швыряет о дерево. Мучительный стон говорит о том, что мой муж еще жив, но даже если тигр оставит сейчас Саньпа в покое, он умрет. Мучительной смертью. И я следующая.

Когда более сильный противник выведен из строя, тигр снова сосредотачивает внимание на мне. Его пасть и усы испачканы кровью, но морда царственная и властная. Я закрываю глаза, чтобы мысленно в последний раз обратиться к дочери. Где бы ты ни была, всегда помни, что я тебя любила.

– Тигр! – шелестит Саньпа.

Я открываю глаза и вижу, как тигр снова смотрит на моего мужа. На этот раз рык короткий. Стрела входит в глаз тигра. На мгновение зверь замирает, а затем его лапы подкашиваются.

Я тоже падаю. Мои пальцы вцепились в землю. Сердце колотится. Осторожно я проползаю мимо трупа тигра к Саньпа. Его кишки раскиданы вокруг тела, как лианы в джунглях. Повсюду кровь. Его широко распахнутые глаза остекленели. Он потратил свой последний вздох на спасение моей жизни.